Собака, которая спасла мир

Я всхлипываю от отчаяния – время на исходе.

Из коридора доносятся крики, а потом начинает оглушающе орать сигнализация. Коридор кишит пробравшимися через окна гигантскими скорпионами, потом с громким «вумпф» взрывается дымовая бомба, а следом раздаются выстрелы – солдаты пытаются одолеть скорпионье нашествие."

"Услышав стрельбу, люди в лаборатории кричат и падают на пол, а я отчаянно пытаюсь проглотить бутылочку. Она доходит до горла, но потом включается рвотный рефлекс, ампула царапает мне рот, и я отчаянно всхлипываю.

Всё кончено.

У меня не получилось.

Сколько же людей теперь погибнет.

Глава 71

– Что происходит? – спрашивает Другая Я, её голос делается пронзительным от страха.

– Не получается, – в отчаянии говорю я. – Тот укус скорпиона пробил брешь между РЖ и ВР. Значит, то, что находится внутри меня, может пройти сквозь стену. – Я тяжело дышу и объясняюсь так себе.

– Какую стену? – вопит Другая Я и оглядывается, будто ища эту самую стену.

– Ты не помнишь? Виртуальную стену между тобой и мной! Между этим моментом и прошлым годом! – ору я.

– Ну так… проглоти это! Попытайся ещё раз!

– Я не могу. Ампула слишком большая.

В кармане у меня звякает телефон.

Времени нет.

Я тяжело падаю на пол, ожидая темноты Купола.

Мистер Мэш ковыляет ко мне и моему двойнику, вывалив длинный язык из пасти.

Я жду.

Потом Другая Я внезапно хватает мистера Мэша за ошейник и вскакивает на ноги.

– Его тоже ужалили! – кричит она. – Бисквит! Бисквит Джексона! – Она лезет в сумку на ремне и вытаскивает оттуда смятый бумажный пакет.

– Мэшик! Мистер Мэш! Гляди, что у меня для тебя есть! – говорит она и, не спрашивая, выхватывает стеклянную ампулу из моей ладони, запихивает её в липкий кусок торта и подносит к морде мистера Мэша.

Он обнюхивает торт, а потом проглатывает целиком, не жуя.

Я слышу:

– Удачи! – поднимаю взгляд и вижу, как Другая Я и Джессика крепко обнимаются, ожидая, когда я пропаду.

– Джорджи! Джорджи! Быстрее!

Я вцепляюсь в мистера Мэша, и всё чернеет, а потом сквозь туман в голове и жуткую боль слышу чей-то крик. Меня тошнит, я бьюсь в конвульсиях и скребу пальцами по шлему.

Этот голос мне знаком.

– Джорджи! Джорджи! Ты в порядке?

Это Рамзи.

Надо мной загораются точечные светильники Купола.

Глава 72

Он стоит на краю круглого пола, и я ползу к нему – по шее течёт пот, в горле привкус рвоты.