Сильнее ветра 2. Горизонт свободы

– Моя догадливая девочка, – похвалил я, нежно ведя подушечкой пальца вдоль позвонков.

Эм тяжело задышала, задрожала и, пытаясь уйти от интимных эмоций, обострённых чужим присутствием, слишком резко отстранилась. Поспешно натянула одежду и, нервно застегнув молнию, взволнованно посмотрела на меня исподлобья.

– Я готова.

«Вижу, малыш. Не стоит так нервничать».

Закончив со всеми формальностями, мы вышли на улицу и сели в машину.

– Снимешь плёнку через пять дней, – озвучил я и одновременно с ней потянулся к её ремню безопасности.

– Чёрт! – прошипел я, прикладывая ладонь к тем самым несчастным рёбрам, которые Майкл пытался залечить не одну неделю.

Эмили нерешительно застыла, бегая обеспокоенным взглядом по моему торсу.

– Что такое?

– Всё нормально. – Я забрал у неё из рук замок и поместил в крепление до характерного щелчка.

– У тебя что-то болит?

– Просто синяк, – отрезал я, желая уже закончить этот бессмысленный допрос.

Взяв курс на север, я негромко включил какую-то попсовую волну и, не набирая скорости, двигался по Мичиган-авеню, периодически поглядывая на врубившую режим молчания пассажирку. Прислонившись щекой к стеклу, блондиночка больше не заваливала меня вопросами, а просто смотрела в окно, за которым по почерневшему в ночи озеру Мичиган скакали ночные огни Чикаго.

"Спустя час мы подъехали к каньону. За весь путь цветочек выразила интерес к происходящему лишь раз, когда я буквально на пару минут остановился возле небольшого двухэтажного здания, чтобы забрать из своего тренировочного зала оставленные по ошибке вещи.

Наша встреча оказалась спонтанной, и мне пришлось выходить из ситуации подручными методами, потому что мы не могли, как обычная пара, пойти в кино, ресторан или в парк аттракционов, где по сценарию популярной мелодрамы я должен был подарить ей поцелуй на колесе обозрения.