Сияние Хаоса

Благо землицы у меня теперь хоть отбавляй.

– Госпожа, прошу вас. – учтиво поклонился Бин, предлагая мне занять особое место. Это было кресло не просто с одной мягкой подушкой, а полностью обитое мехом. Выглядело восхитительно варварски. Мне еще секиру в руки и все - предводительница лесного воинства. Удобно расположившись на мягком и, что самое главное, теплом кресле, я поощрительно улыбнулась секретарю. Эх, настроение сегодня просто замечательное.

– Ты превосходно постарался, Бин. Как мне тебя наградить? – великодушно спросила я.

– Ваша улыбка уже награда, Ваша Светлость. – поклонившись еще ниже, заулыбался хитрый вор. – Если позволите мне эту дерзость, я хотел бы внести кое-какие предложения по поводу предстоящего турнира.

– Вот как? – изогнула я бровь и кивнула: – Интересно. И что же ты хочешь?

– Существующие правила турнира несколько ограничивают Вашу Светлость. – с готовностью стал быстро рассказывать секретарь. – Я предлагаю выбирать охранителем не того, кто победит, а того, кто привлечет ваше внимание своим мастерством.

– Весьма дельное предложение. – задумчиво постучав пальцем по столешнице, кивнула я. – Хорошо, передай приказ.

Поклонившись еще раз, Бин удалился, а место рядом со мной занял Тиль. Вальяжно рассевшись на бархатной подушке, он достал яблоко из вазы и громко им захрустел. И не скажешь, что его тут силой держат. Прямо господин, который тут сам жить хочет. И пока скамейки вокруг ристалища заполнялись людьми, Тиль вдруг завел со мной беседу.

– Знаешь, попасть к тебе на аудиенцию сложнее, чем к королю. – улыбаясь каким-то своим мыслям, неспешно протянул Великий герцог. – А ведь мне есть, что тебе сказать.

– Сейчас у тебя есть шанс это сделать. Жалуйся. – снисходительно ответила я, скользя взглядом по прибывающим горожанам. На севере бушует война, но здесь – на юге – кажется, что жизнь идет своим чередом. Нет никаких признаков войны. Может, это потому, что все здесь привыкли к постоянным сражениям и знают, что жить надо прямо сейчас, не откладывая в долгий ящик?

– Веселишься? Это хорошо. – с улыбкой покивал монах. – Но у меня к тебе вопрос, касательно нашего спора.