Штрафники не кричали «Ура!»

Еще бы, ведь его мертвый живот принял на себя всю взрывную силу и порцию осколков, предназначавшихся для топливных баков «тридцатьчетверки».

Андрей наблюдал это краем глаза. Его цель была впереди, и он не давал себе времени на остановку и отдых. Где-то в глубине души он даже стал беспокоиться, как бы пулеметчика не пришил меткий выстрел танкиста или кто-нибудь другой из роты. Под прикрытием «тридцатьчетверки» авиловцы пошли в атаку смелее. Они старались обогнуть площадь с двух сторон и взять ее в «клещи», а потом уже выдавливать немцев из поселка полностью.

XI

Стены второго этажа школы после точного выстрела практически полностью обрушились. Удовлетворившись результатом и решив, что задача выполнена и пулеметное гнездо окончательно «разорено», экипаж танка взметнул клубы черного выхлопного дыма и стремительно увел машину в сторону площади.

Однако враг и не собирался сдаваться. Немцы укрылись в завалах, за грудами строительного мусора и кирпича. Как истинные пруссаки, они лезли из всех щелей и отчаянно сопротивлялись.

Солдаты из роты Авилова пытались стянуть кольцо вокруг школы. На подступах к развалинам разгорался ожесточенный бой. Андрей залег за широченной дубовой колодой. По-видимому, она предназначалась для колки дров. Ветхий заборчик, отгораживавший двор ближайшей к школе хаты от самого бывшего здания, был давно сметен выстрелами пулеметчика. Андрей слышал, как пущенные им очереди вгрызались в дубовое тело колоды, свистели прямо над его головой.

Этот фашист словно восстал из пепла.

Андрей, за своей спасительной колодой, оказался к пулеметчику ближе всех остальных. Он видел, как с той стороны улицы Авилов махал ему и делал какие-то знаки.

— Гранатой… гранатой… — донеслось до него в промежутке неумолчного грохота.

И в целом гром стрельбы над поселком усилился. Добавились новые звуки — утробное уханье, которое больше всего напоминало выстрелы танковых орудий, та-та-та пулеметов, вой минометных мин. Не иначе, в уличные бои за кварталы Кривцов вступили свежие силы. Весь вопрос только в том, на чьей они стороне, на чьи головы обрушились килограммы смертоносного железа. Гадать было некогда…

— Сейчас… Сейчас! — пытаясь перекричать этот грохот, ответил Аникин.