Сердце Зверя. Том 3. Синий взгляд смерти. Рассвет. Часть 5

Девы неуверенно зашевелились, на паре мордашек промелькнули улыбки облегчения, стукнула дальняя дверь, вошли слуги с полными пирожных подносами. Эти раковинки из взбитых с сахаром белков обожала дурочка Одетта… Графиня Савиньяк поймала взгляд невестки и поняла: Анна тоже вспомнила.

– Я о ней не думала лет десять, – графиня Рафиано зачем-то повернула вазочку и громко добавила: – Через четверть часа, утятки, вы узнаете первый секрет стихосложения, а сейчас услаждайте свое бытие раковинами грез.

Первыми возле грез оказались сестрички Флашблау, остальные отстали не слишком; не собиралась сидеть в своем углу и равнодушная Иоланта.

– Нам носили такие же, – графиня с улыбкой взяла одну раковинку. Ее следовало раскусить, хотя бы для того, чтобы понять, по-прежнему ли в скрепляющем половинки креме таится леденцовая жемчужина. – Будьте осторожны, внутри может быть сюрприз.

– Он есть, – утешила дева, – я вчера чуть зуб не сломала.

– Изрядная часть моих знакомых сочла бы это прискорбным, – Арлетта откусила от крошащейся памяти. Стало приторно и слегка грустно. – Мне на вас нажаловались. Давайте вернемся к вашему изваянию и присядем. Вам не сказали, кто это?

– Радость, – подтвердила худшие опасения виконтесса. – Я ничего не делаю, и я сюда не просилась. Что мне, счастье изображать? Я их не трогаю, да я их вообще… не вижу, а они – меня.

– Мир остается прежним, – графиня спокойно положила надкушенную раковинку на листок бумаги, видимо, приготовленный для стихосложения. – Мой вам совет, Иоланта. Можете не видеть девиц, хотя подобное часто оборачивается осколком в туфле и вареньем на стуле. Можете не видеть кавалеров, им это в любом случае полезно, но не оскорбляйте хороших портных, их гораздо меньше, чем нас. Ну что вам стоило посмотреть ткани при разном освещении?

– Так вы со мной говорите не из-за… этих?

– Нет, разумеется, – утешила Арлетта, разглядывая бывшую первую невесту Талига.

– Почему вы так на меня смотрите?

– Мы первый раз оказались рядом, а я близорука.

– Вы прежде избегали двора, – внезапно припомнила виконтесса, – а теперь – нет.