Сердце Дракона. Четырнадцатый Том. Часть 2

— Да, здесь часто воюют.

— Но за что? Зачем смертным воевать? Тех, кто чувствует Реку Мира, здесь так мало… и называют они себя странно — терниты. Их знания о пути развития скудны и крошечны. Редко кто из них достигает уровня хотя бы Небесного Солдата. Они не знают ни ресурсов, ни техник. Они даже не ведают о том, что находится поодаль от них… живут в своих маленьких странах, которые считают огромными.

— Это так…

— Зачем им тогда воевать? Зачем воевать тем, кто в шестьдесят лет выглядит так, будто он уже прожил десять тысяч эпох! Не понимаю этого, Черный Генерал, но… восторгаюсь.

Победа… Черный Генерал знал, что тех тварей нельзя победить. И он, вместе со своим войском, лишь запечатал монстров в их родном пространстве. И он был одним из немногих, кто понимал, что эта печать не вечна и однажды война начнется вновь…

— Возможно…

— А еще, знаешь, я видел, как одну из деревень сожгла Красная Саламандра.

— Такова жизнь смертных, Абендин, — кивнул Дархан.

— Но это неправильно! — вскинулся Первый Воин. Он поднялся на локте и посмотрел на Дархана. — Ты ведь это понимаешь!

— Мы боги, Абендин… ну, во всяком случае один из нас. Но не всесильны. Мы не поможем помочь всем и спасти каждого.

— Да… — протянул огромный воин, а затем добавил. — но ты бы мог их научить.

Дархан вздрогнул.

— Научить как меня, — продолжил Первый Воин. — меня ты, Мастер, научил тому, что смертный ничуть не хуже бога. А их… их ты бы мог научить тому же самому. Показав, что они ничуть не хуже нас — богов. А в чем-то даже лучше.

— И как бы я это…

— Какие громкие слова, Первый Воин, — произнес голос.

Голос, который Хаджар, все это время наблюдавший за двумя богами, легко узнал. Он уже слышал его.

Баня вспыхнула яростным пожаром и послышались крики людей, полные животного ужаса и смерти.

* * *Он вновь стоял посреди океана травы. Над головой бушевал шторм. Черный Генерал, в черном балахоне, все так же сидел около камня.

— Что произошло потом? — спросил Хаджар.

— Дергер пришел за мной, но Абендин вышел против него, — ответил первый из Дарханов. — он знал, что проиграет, но не мог поступить иначе. Такова была его честь.