Испорченный

 – Ты позволил нам делать все, что захочется. Разрешал близко подходить к краю обрыва. Забираться на валуны. Разрешил Тревору материться… – Ее пальцы сжимают мою футболку. – Но ты не позволял нам заходить слишком далеко. Ты сказал, мы должны поберечь силы на обратный путь. Ты ведешь себя так же.

– Что ты имеешь в виду?

Она делает глубокий вдох, потом выдыхает.

– Ну, ты как будто бережешь силы для чего-то. Сдерживаешься, – поясняет Рика, уютней устраиваясь у меня на коленях. – Но в этом нет никакого смысла. Жизнь – это путешествие в один конец, обратного пути не будет.

В одно мгновение в моей груди все содрогается. Я смотрю на нее сверху вниз. Ее слова обрушиваются на меня так, словно по мне грузовик проехал.

Чего я жду?

Правила, ограничения, ожидания, все, что считалось приемлемым – все это сдерживало меня. Только эти вещи придуманы другими людьми. Это ограничения других людей. Правила и ожидания других людей.

И это все иллюзия. Они существуют лишь тогда, когда я им позволяю.

Рика абсолютно права.

Что со мной сделает отец? И волнует ли это меня вообще?

Я хочу это.

Ты не можешь это получить.

Ну, а что случится, если я все равно возьму?

Я хочу сделать это.

Ты не можешь.

Кто меня остановит?

Боже, она права. Твою мать, чего я жду? Что он сделает?

Я хочу сеять хаос, хочу небольших неприятностей, хочу веселья. Мне нужен шанс последовать зову своего сердца… И кто, черт побери, меня остановит?

Все мои скованные мышцы постепенно начинают расслабляться. Узел в животе раскручивается.

Я глубоко вдыхаю прохладный воздух, наполняю легкие, словно измученный жаждой, нашедший воду в пустыне.

Да.

Крепче прижимая Рику к себе, встаю и несу ее обратно к машине.

Даже не думаю везти ее домой. Я не хочу, чтобы она осталась одна.

Я вношу ее в свой дом. В холле темно, ведь уже почти десять вечера. Отец наверняка ночует в городе, а мать, скорее всего, готовится ко сну. Однако, поднявшись по лестнице, я встречаюсь с ней в коридоре.

– Что с ней? – Мама, уже одетая в ночную рубашку и с книгой в руках, быстро подходит к нам.

– Она в порядке, – входя в свою комнату, отвечаю я.

Я кладу Рику на кровать и накрываю ее одеялом, сложенным в изножье.

– Почему бы тебе не перенести ее в гостевую спальню? – предлагает мать.

Но я отрицательно качаю головой."

"– Я сам посплю в одной из них. А она пусть остается в моей комнате.