Секретарь старшего принца 8

Обычные существа одержимы чувствами, а их отсутствие считают неправильным. Так и моё состояние считают неправильным.

Но теперь я знаю ещё больше о своей жизни, и разве плохо было бы мне, если бы я была столь же спокойной прежде? Меня бы совсем не тревожили пакости Арендара.

— Да, я в порядке, — надо чаще это повторять, чтобы успокоить Элора. — Но я не злюсь на твоего брата. Он был ребёнком. Любил тебя и хотел быть для тебя самым важным на свете. Это характерно для детей и подростков, особенно потерявших родителя или не получающих должного внимания.

— Ох, ты заставишь меня чувствовать угрызения совести за собственную мстительность.

— В оперу он тебя отправил будучи взрослым.

— Всё равно жалко, — признаёт Элор. — Хотя Арен уже не ребёнок. И не со всеми его поступками я согласен.

Нахмурившись, Элор дёргает головой, словно стремясь избавиться от неприятных мыслей.

Несколько мгновений я колеблюсь: спросить или нет, что его беспокоит? Он старается меня оберегать, но на самом деле он куда эмоциональнее реагирует на происходящее, чем я, переживает и явно из-за этого ощущает себя не лучшим образом.

Так он изнывал от сомнения, говорить мне или нет о том, что Осдар пытался сбежать от новых родителей. Сам Элор явно воспринял ситуацию близко к сердцу, не спал ночь. А если бы относился к ситуации рационально, понимал бы, что все эти метания — временно, и Осдар скоро привыкнет к новому месту, ведь, оказавшись на улице, он почти сразу вернулся в свой новый дом под крыло приёмной матери.

Мы останавливаемся у крыльца. Гвардейцев у двери нет.

Медведеоборотней…

Гвардейцев нет, хотя вроде должны быть.

Элор раскрывает передо мной дверь:

— Иди, я подожду тебя здесь. Пообщайся, пройдись по башне, вдруг что-нибудь вспомнишь.

Его взгляд полон надежды. Арендар тоже смотрит на меня, правда, осторожно выглядывая из-за статуи. И… кажется, не только он. Похоже, за мной наблюдают из его башни или из дворца. Но точно сказать не могу.

Шагаю внутрь башни, бывшей моим домом пятнадцать лет.

Остановившись посередине холла, запрокидываю голову."

"Заселение сюда моих слуг изменило нижние этажи, но верхние остались прежними, и я их помню — помню ощущения от прикосновения к перилам. Запахи. Лестницу. Ступени. Их высоту и оптимальный ритм шагов.