Секретарь старшего принца 8

— Ри, милая моя… Ри…

Если его чувства ко мне так сильны, почему я это не использовала?

— Ри, милая моя, любимая… — кажется, Элора слишком захлёстывает чувствами, он судорожно меня сжимает.

Отпустив, но продолжая обнимать крыльями, обхватывает моё лицо ладонями, смотрит в глаза:

— Скажи мне, что ты меня любишь. Или хотя бы любила.

— Твои эмоции тебя ослабили, ты готов поддаться манипулированию — таким материалом не пользоваться странно. После отбора я могла добраться до твоего сознания через связь избранных и воздействовать, как пожелаю.

Но я ничего такого не сделала. Защищала тебя. И ты ещё сомневаешься в моём особенном к тебе отношении? Мы так бережём только самых близких.

Лицо Элора растерянно вытягивается. Он дважды пытается заговорить, но смыкает губы, снова пытаясь подобрать слова. Через кончики его подрагивающих пальцев я ощущаю слишком частое сердцебиение.

— Прости, — наконец выдавливает Элор. — Прости. За мой эгоизм, за то, что не поверил и не догадался о твоих чувствах, ты… — Элор склоняет, встряхивает головой.

Грустно усмехается. — Так глупо всё получилось. Ранили друг друга из-за… Ох! Одно утешение — это всё помогло нам выжить. Тебя защитило от проникшего во дворец суккуба, убравшего двух избранных моего отца, мне дало возможность обновить источник магии после ранения. И кто знает, что бы предприняли демоны и Культ, если бы появилась ещё одна золотая пара… — Элор морщится, неохотно признаёт. — Да и я… Думаю, в тот момент, когда я окончательно принял любовь к тебе как любовь к мужчине, что-то во мне изменилось в достаточной мере, чтобы потом принять чувства к менталистке. Хотя это разное, понимаю, но… это тоже некая граница. Когда пересекаешь одну, остальные даются легче.

Он всматривается в мои глаза, ищет ответ на свою проникновенную речь, а я… В какой-то момент эмоции стали душить — и исчезли, позволив мне нормально дышать и понимать слова Элора.

И главное, что я понимаю — я могу положиться на моего дракона, потому что он всё же мой, позаботится обо мне и, насколько хватит его сил, в обиду не даст.

— Я любила тебя, — признаю я. — Это точно. И точно было много боли из-за этих чувств…

— Прости!

Скользнув рукой по его груди, накрываю губы Элора ладонью, смотрю в золотые расширившиеся глаза.

— Но сейчас я не помню себя, я слаба… слишком уязвима.

— Я позабочусь о… — шепчет Элор мне в ладонь, вынуждая прижать её сильнее.

— Я знаю, что ты обо мне позаботишься. Просто… — я умолкаю: мысль куда-то ускользнула.