Секретарь старшего принца 8

— Ты… — шиплю я, — уничтожил… мой род, по всем… правилам…

К богу я не приближаюсь ни на миллиметр, упрямо и бесполезно напираю на невидимую преграду. Боль… я знаю, как её заглушать. Как отказываться от боли на время. И я убираю её импульсы. Одним махом, как обрубаю.

Тело немеет. Но сразу становится легче. Жжение в лёгких мешало вдыхать отравленный воздух. Теперь не мешает. Проще сосредоточиться. Остаётся только потемнение в глазах. Но мне не надо видеть вампира, мне надо его слышать.

— …по всем… правилам… — я не показываю своего облегчения, — ты должен… мне… объяснить…

— Я похож на того, кто соблюдает правила? — в равнодушии проскальзывает эмоция: не удивление, не негодование… любопытство?.

— Нет, — признаю я сиплым шёпотом. — Но… ответь… Пожалуйста.

Ответь-ответь-ответь!

— В обмен на убийство потенциальных избранных рода Аран культ Бездны убрал, заменил на лояльных и перевербовал агентов, следивших за нашей деятельностью в Эёране.

В его голосе почти нет эмоций. Нет интонаций, свойственных старым архивампирам.

Он слишком спокоен.

Так повлияло невероятное долголетие? Или бестелесная сущность?

— Неправда! — я стараюсь выглядеть измученно и дерзко одновременно: всё же дерзость обратила на себя внимание вампира. — Я видела воспоминания убийц моей семьи: они пришли не потому, что я потенциальная избранная наследника. Их целью были менталисты рода. Почему? За что?

— Мне показалось, я ясно дал понять, что нам за это просто заплатили…

От этой безапелляционной прагматичности подкатывает тошнота, но я сосредоточена на голосе, выискиваю в нём эмоции:

— Не думай о себе и своём роде слишком многого, драконессочка.

— Мелочами?! — вспылить получается естественно: внутри всё переворачивается от такого пренебрежения. И всё же, спасибо урокам дедушки, я сохраняю трезвость сознания, чтобы превратить «всплеск негодования» в повод продолжить разговор.

Каждый миг его молчания — это ощущение надвигающейся катастрофы.

«Ответь!» — молю я."

"— Мне говорили, что ты умная. Но тебе свойственны все ошибки мало живущих, невозможность смотреть на происходящее с высоты. — Его голос вдруг смягчается.