Секретарь старшего принца 8

Я не двигаюсь, но внутри меня — ураган, целая вселенная ощущений, чувств.

Раскинув руки, я выпрямляюсь и падаю обнажённой спиной на холодную поверхность столешницы. И тут же Элор прикасается пальцами. Я выгибаюсь, подаюсь навстречу.

Элор поднимается с колена. Его торс обнажён, соблазняя литыми мышцами и совершенством форм, прекрасной пропорциональностью и силой. Лишь обрывки рубашки свисают с пояса.

Глядя мне в глаза, Элор медленно, пуговица за пуговицей, расстёгивает штаны.

Глядя мне в глаза своим тёмным чувственным взором, пока я кусаю губу, Элор спускает штаны.

Глядя мне в глаза, придвигается, гладит твёрдым горячим членом меня между ног.

Дыхание сбивается, каждое прикосновение обещает удовольствие, но внутри, словно фальшивая нота, зарождается лёгкая тревога. Умелые поддразнивания, поглаживания и надавливания её не заглушают, нет. Но и желание велико, оно заглушает почти всё.

Почти.

Глядя мне в глаза, Элор медленно двигает бёдрами. Пока его плоть распирает меня изнутри, проникая всё глубже, Элор наклоняется, накрывая меня собой.

И едва его тело оказывается на моём, фальшивая нота заглушает остальные, — такие чувственные и желанные, — в памяти вспыхивают образы, сотни сцен из брачного периода. Чувственные образы с Элором, смешанные с кровью моей семьи, с их телами.

Судорожно обхватив Элора за плечи, царапая его, прижимаясь губами к шее, целуя солоновато-сладкую кожу, вдыхая насыщенный аромат корицы, я пытаюсь изгнать кошмары.

Пытаюсь сосредоточиться на угасающем жаре возбуждения.

Сконцентрироваться на реальных ощущениях.

На твёрдости тела Элора.

Его движениях.

Касаниях его волос.

Поцелуях в шею.

Прикосновениях.

На том, что по всем законам логики должно дать выход накопившемуся во мне желанию.

Я стараюсь дышать.

Выбросить из головы те образы.

И воспоминания о том, как я так же лежала под Дарионом, не ощущая его эмоций, только механические аспекты близости.

Я хочу, я честно-честно хочу забыться, утонуть в страсти, в ощущениях.

Я улавливаю, как Элор старается, как он пытается подогреть мою чувственность покусываниями, как он в промежутках между этим стискивает зубы, лёгкую дрожь преддверия разрядки, которую он оттягивает и оттягивает, пытаясь продлить близость, всё же доставить мне удовольствие.

Я участвую в поцелуе, но не ощущаю ничего.

Моя память буквально фонтанирует совсем не тем, о чём стоит думать под любимым мужчиной.

Слишком много ранящих осколков прошлого.