Секретарь старшего принца 7

Если бы он только знал, как раздражает эта его способность сводить меня с ума! Почему из всех драконов мне достался тот, с которым сложнее всего?

* * *Дирижабли Лина, замаскированные под дирижабли транспортной компании, на которых прилетели бы настоящие мастера по разворачиванию пространства, подлетают к дворцу в вечерних сумерках.

Наблюдая в окно кабинета, как эти летающие махины надвигаются на парк под тревожный рёв хорнорда, я снова задумываюсь о Многоликой и Жаждущем.

Если они прятались в окрестностях императорского дворца, а дирижабли стартовали оттуда, моё оружие может добираться ко мне на них.

Прикрыв глаза, мысленно зову: «Жаждущий!» ведь если не позвать его первым, он обидится, назло промолчит. «Многоликая!» — она разумная, она поймёт, почему я обращаюсь к ней второй.

Тихо… в поле моих мыслей тихо, ощущаются лишь смутные отголоски тревоги и настороженности: стража не в восторге от того, сколько людей вскоре придётся охранять, слуги переживают из-за повышенных нагрузок. Даже стражникам, прибывшим с нами из империи, неспокойно от всей этой нестабильности и непредсказуемости наших поступков.

Где это видано, чтобы только образовавшаяся пара драконов приглашала к себе пожить хоть кого-нибудь, не говоря о целой толпе? Любое разумное существо понимает, что тут дело нечисто.

На газон выходит Элор. Запрокинув голову, наблюдает за приближающимися дирижаблями. Зажжённые фонари озаряют гибкую фигуру, отсветы вспыхивают в рыжих кудрях. Повернув голову, Элор что-то кричит орущему за кустами хорнорду.

Тряхнув головой, отбрасываю эти пустые и ненужные сейчас мысли. Об Элоре, его отношении ко мне, наших отношениях глупо думать, пока не разберёмся с происходящим в королевствах и Неспящими. Мне просто надо собраться: сейчас важнее навести порядок здесь, чтобы королевства стали подспорьем в мести, а не отвлекающим фактором и слабым местом. Возможно, придётся задействовать собственные финансы: здесь не только порядок надо наводить, но и восстанавливать производственные ресурсы.

А дирижабли, наконец, нависают над парком и сбрасывают якоря.

«Элор сам разберётся», — уверяю себя, поглядывая на кусты, в которых он исчез, и раскачивающийся там горб хорнорда.