Седьмое море

Облокотился на стол и, глядя на нее в упор, прямо в глаза, размеренно сказал:

— Я знаю, кто твой отец. И ты знаешь. Про деньги лучше не надо. Кстати, у Голицына их тоже нет.

— Да вы что?! Выходит, он меня обманул?!

— Выходит, так.

— Какая я несчастная… Да еще кто-то убил тетю Анжелику…

— А если дядя Дан?

Теперь она вспыхнула до корней волос. С дядей — это он хорошо. Один — один.

— Разница в возрасте — это не помеха, — парировала Алиса, придя в себя.

— Это я уже слышал. Мужчина должен быть зрелым, опытным и физически привлекательным.

— У Дана с мамой ничего нет!

— Это он тебе сказал?

— Я сама знаю!

— Знаешь, да не все. Хотя… То, что мне надо, ты знаешь. Дан вчера сказал тебе то, что ты хотела? У тебя ведь были какие-то вопросы.

— А почему вы мне хамите? На «ты», и таким тоном…

— Я не хамлю. Ты соплячка еще со мной в эти игры играть. Я на папу твоего не работаю, мне государство зарплату платит. Перед законом все равны. И не такие сидели.

— Мент, — презрительно сказала она.

— Богатая избалованная сучка. Что, не нравится?

— Я сама всего добилась!

— Чего всего? Розового Айфона и машинки со стразиками?

— Вы… — Алиса, похоже, впервые потеряла дар речи. У нее не было розового Айфона. Ни одной вещи так любимого девушками ее возраста цвета. Клинок повис в воздухе.

— На, ешь свое пирожное. — Он подвинул к ней тарелку с тирамису. — И слезы вытри.

— Я не плачу!

— Пока нет. Потому что я еще до главного не дошел. Голицын твой — трус.

— Ничего я не боюсь! Он мне нравится!

— А вот мы сейчас проверим… Я хочу знать, почему он убил свою жену. Сначала думал, что из-за тебя. Но его отношение к тебе более чем прохладное. В этом я вчера убедился. Любовницы у него нет, так, хобби. Меняет их раз в месяц, чтобы самолюбие потешить. Но жена ему в этом не мешала. А вот почему он тебе дерзит? Вроде бы не должен. Ты что-то знаешь. О чем вы вчера говорили?

— Не скажу! — сверкнула она глазами.

«А вот теперь домашняя заготовка…» Он прищурился и, как бы рассуждая вслух, заговорил:

— Сегодня утром нашли ее труп… К берегу прибило… Поздновато, но, видать, течение сильное. Мы ее в розыск объявили, но все равно шведы долго выясняли, кто бы это мог быть. Женщина из моря. От паспорта, сама понимаешь, ничего не осталось. — Он пристально глянул на Алису. Замерла и слушает.