Сделка с боссом

Мне проще казаться циничным ненавистником красивых растений, чем признаться, что они могут меня убить.

Босс отставил свой бокал в сторону и поднялся с дивана. Взял пульт и включил большой телевизор на стене. Видимо, ему было неловко от собственного признания. Ведь мужчины так не любят признаваться в слабостях.

«Вот почему он приказал уничтожить фиалки, — пронеслось в голове. — Чтобы они ненароком не уничтожили его самого».

«Фиалки могли убить убийцу фиалок? Ерунда какая-то»

По одному из музыкальных каналов показывали топ-40 зарубежных хитов уходящего года.

То, что нужно для праздничного настроения.

— Не вижу ничего смешного в твоей аллергии. Может, выпьем еще шампанского? — желая разрядить обстановку, протянула свой почти пустой бокал боссу я.

Неловкость момента быстро растворилась в новой порции шампанского, и мы принялись наряжать елку под веселое сопровождение Лауры.

— Она ни разу не видела елочных игрушек? — наблюдая за тем, как кошка гоняет по гостиной серебристый шар, спросила я.

— Нет, ей восемь месяцев.

Можно сказать, она еще котенок, — ответил босс и принялся развешивать красных оленей.

Скоро бутылка шампанского опустела, а на экране телевизора появился клип с очень приятной медленной песней.

Взгляд босса снова стал опасным.

— Вчера ты так и не потанцевала со мной, — вкрадчиво заговорил он и сделал шаг мне навстречу.

— Я не танцую. Совсем…

— На корпоративе я это заметил. Ты так лихо не танцевала, что к тебе липли все свободные мужчины!

— Нет, нет! Я не танцую медленные танцы.

Только быстрые…

Не успела я спрятаться за елкой, как он подхватил меня за талию и прижал к себе.

— Ну, же, Тая, давай, потанцуй со мной, пока не прошло действие шампанского, и ты снова не упрыгала в кусты…

— В кусты?! — оскорбленно фыркнула я. — Ну, нет! Раз уж ты решил ко мне приставать, то мы будем танцевать до самого конца!

— Кто первый остановится, тот должен поцеловать партнера!

— Эй, нет! Так не честно!

— Очень даже честно."

"Мы танцевали медленный танец в спортивных костюмах посреди устроенного Лаурой беспорядка и препирались.

А потом он просто прижал меня к себе и накрыл мой рот поцелуем. И все перестало иметь значение. Беспорядок, холод, то, что в его доме я играю роль Жени… Не существовало ничего — только наши руки и губы. «Поцеловать партнера» уже было неактуально — партнеры целовались в танце. Розовые сердечки продолжали сыпаться из глаз (кажется, уже не только моих), и даже холод отступил под таким накалом страстей.