Счастье и тайна

— Кто там? — окликнула я. И гулкий отзвук моего голоса испугал меня.

Я огляделась. Вокруг меня были только груды камней, полуразрушенные стены, кирпичные прямоугольники, внутри которых росла трава. Давным-давно здесь обитали монахи. Мне казалось, я переношусь в прошлое: полуразрушенные стены становятся целыми, надо мной появляется крыша, закрывающая от меня небо и весь девятнадцатый век.

Я опять принялась звать Фрайди. Стало гораздо теплее, чем тогда, когда я пришла на развалины. Вечером небо быстро меняется, и теперь красный цвет перемежался с серым.

Я хотела вернуться тем же путем, каким пришла сюда — по крайней мере мне так казалось — но спустя несколько минут я поняла, что нахожусь в той части развалин, где я еще не бывала. Я увидела кусок лестницы, ведущий вниз, в темноту, повернулась и поспешила покинуть это место. Споткнувшись о груду камней, я чуть не упала. Было страшно — а вдруг я сломаю ногу и вынуждена буду провести ночь здесь, как пленница? Мне стало дурно при одной мысли об этом.

Все это было не похоже на меня. «Да что же это такое? — спрашивала я себя. — Ведь кругом только камни и трава… Ну, чего бояться?» Но это было бесполезно. Мне было страшно.

Я пробиралась вперед. Моей единственной мыслью, моим самым большим желанием было выбраться из руин Керклендского монастыря.

Только теперь, заблудившись, я полностью осознала, какую большую площадь занимали эти развалины. Была даже минута во время моего ночного приключения, когда я потеряла надежду найти выход из этого каменного лабиринта.

Наконец, когда я выбралась, оказалось, что я вышла с дальней стороны монастыря и он теперь находился между мною и домом.

Но проделать еще раз этот путь меня не заставило бы ничто на свете, да это и на самом деле было трудно — я могла опять потеряться бы в груде камней. Я пустилась бежать — и вскоре нашла дорогу.

Впереди росли деревья, дорога петляла между ними. Когда я приблизилась к ним, передо мной вдруг выросла фигура, и меня охватил ужас. Потом фигура приняла знакомые очертания и голос, который я узнала, произнес:

— Эй! За вами что, черт гонится?

Насмешливая интонация сделала свое дело: страх уступил место раздражению."

"— Я заблудилась, мистер Редверз, — выпалила я.