Счастье и тайна

Мы лежали, растянувшись на земле. Разговаривая со мной, он горстками рвал траву.

— Интересно, понравится ли вам Керкленд Ревелз? — спросил он.

— Я уверена, что должен понравиться. Ведь поместье старинное, да? Я всегда испытывала искреннюю симпатию к старинным зданиям.

Он кивнул, и опять в его глазах возник этот «далекий» взгляд.

— Ревелз, — повторила я. — Мне нравится это название. Кажется, люди, которые его придумали, надеялись пожить гам вволю и весело.

Он грустно усмехнулся. Прошло какое-то время, прежде чем он заговорил опять, будто декламируя текст, выученный наизусть.

— Поместье было построено в середине шестнадцатого столетия. После закрытия Керклендского Монастыря его передали моим предкам. Они использовали камни от монастыря для постройки дома. А так как в доме намеревались жить весело — у меня, кажется, были отчаянно веселые предки — то и назвали его Керкленд Ревелз по контрасту с Керклендским монастырем…

— Значит, камни, из которых построен ваш дом, когда-то были в монастырских стенах?

— Тонны камней, — пробормотал он.

— Наверно, это так красиво!.. Вы любите это место, правда?

— Каждый, кто бывает у нас, проникается его очарованием. Я думаю, все древнее производит такое же впечатление.

Он замолчал, и я увидела, как его губы тронула мягкая улыбка.

Я человек прямой и не люблю недомолвок, поэтому я спросила:

— Вы предлагаете мне приехать и посмотреть на него?

Тут уж он открыто улыбнулся.

— Я же был гостем в вашем доме. Теперь я хочу пригласить вас.

Потом он выпалил:

— Я вскоре должен буду уехать домой, мисс Кордер.

— А вам этого не хочется, мистер Рокуэлл?..

— Я надеюсь, мы стали большими друзьями, — заметил он. — По крайней мере, мне так кажется.

— Мы знакомы всего три недели, — напомнила я.

— Но обстоятельства были необычными. Пожалуйста, называйте меня просто Габриелом.

Я заколебалась, потом рассмеялась.

— Что в имени тебе моем?.. — процитировала я. — Наша дружба не изменится от того, как я вас называю: по имени или по фамилии.