Счастье рыжего цвета

О том, что это ""неприлично"" – это были слова подруг. Подруги, кстати, до сих пор не понимают, почему Ульяна не захотела выходить замуж за Костика, отца своей дочери.

– Да какой из Костика отец! – возражала Ульяна. – Вы ж его знаете! Да и потом, жить с его мамашей? Нет уж!

– Ты носишь ее внука или внучку! Ничего, смирится! – настаивала Лариса.

– Ну, хоть дурой не будь, на алименты подай! – поддакивала Ева.

– Да какие алименты со студента?

– Не важно! Мамаша его пусть платит! Не обеднеет! У нее вон свой салон, в который, кстати, на стрижку целый месяц очередь! – не унималась Лариса.

– Да и на маникюр тоже! – поддакивала Ева. – Найдет денежки для своего сыночка, поверь!

– Нет! – Ульяна стояла на своем.

К матери Костика, Нине Владимировне, Ульяна не ходила, как и не сообщала самому Костику о своей беременности. Так получилось.

– Дети сами выбирают себе родителей, – так сказала бабушка, – вот и Дашулька выбрала тебя, а значит, так тому и быть. Тебя я подняла одна, и Дашульку поднимем.

Ульяна с Костиком и не строили планов на совместное будущее.

Впрочем, Галина Владимировна сама к ним приезжала. Приехала, зашла, как к себе домой, без стука и с порога заявила:

– Пока не увижу тест на отцовство, внука не признаю, так и знай! Ни копейки от меня не получишь, пока не подтвердится, что ты от Костика понесла!

– Это ты, Галка, двадцать лет назад ""понесла"", а моя внучка забеременела.

Галина Владимировна, услышав эти слова бабушки, побледнела, выдохнула:

– Ведьма! – и выскочила за дверь.

– Ба, а ты это о чем? – удивилась Ульяна.

– Так эта уважаемая бизнесменша сама в свое время окрутила сына директора местного рыбозавода, понесла, как она говорит, от него. Дождалась, когда пузо на нос вылезло, и пришла к ним. То, что Галка гуляла, как мартовская кошка, все знали, а тут вдруг как она роман то с этим, как же его, звали то? А, Аркашкой, закрутила, так ее и не видно, и не слышно вдруг стало. Зима, все в куртках ходят, фигуры скрывают.