Флеш Рояль

Колготки все испещрены тонкими стрелками, но в сумке должны быть запасные. Блузка в крови, ну ничего, если не отстирается, выбросим.

Вода все лилась и лилась. Динка с неприязнью посмотрела в сторону ванной. Человек-амфибия, надо же… А может, он там утонул? Было бы неплохо, это избавило бы от лишних разговоров.

Но ей сегодня решительно не везло. Домин не утонул, а, напротив, вышел из душа свежий и пахнущий в серых домашних штанах и с голым торсом."

"Немедленно захотелось запустить ему чем-то в голову, но она сдержалась.

– Ты куда собралась? – он и правда прячет глаза! – Дина, зачем ты оделась?

– Извини, не знала, что в твоем доме можно ходить только голыми, – ей даже не пришлось добавлять яда, он сам сочился из ее уст. Она выпрямилась, держа в руке пальто и уперлась в Домина тяжелым взглядом. – Максим, скажи правду, ты все это подстроил?

* * *Где-то в глубине души Динка надеялась, что он начнет уверять ее и убеждать, что она ошиблась, и ей отчего-то очень сильно захотелось думать, что она ошиблась.

– Ты сама виновата, Дина, – его голос звучал спокойно и ровно, – ты не оставила мне выбора.

– Ты всегда получаешь то, что хочешь, – эхом повторила Динка.

– Именно. Я просил тебя не спешить и хорошо подумать.

Она смотрела на его холодное, чужое лицо, и обида белым саваном опускалась, кутая и пеленая в своих объятиях. Почему?

Почему он не может относиться к ней так, как относились другие нормальные парни? Как тот мальчишка с первого курса, притащивший ей на день рождения огромный букет роз.

И другие парни, ведь она легко понимала, что нравится по тем восторженным взглядам, которые они на нее бросали.

А здесь ничего подобного не было и в помине. «Я, моя, мне». И взгляд, как у хищника, выслеживающего добычу. Настороженный, изучающий, в лучшем случае снисходительный.

Динка очень старалась не смотреть, но глаза против воли скользили по упругим мышцам пресса, широким прокачанным плечам, крепкой шее. За эту шею она хваталась совсем недавно, когда…

Она залилась румянцем от ногтей на ногах до кончиков волос. От Домина это не ускользнуло, и он недоуменно приподнял брови.