Сама за себя

Однако, Артём решил не вмешиваться в дела семьи, понимая, что он там права голоса не имеет. Извиниться же перед тёщей за себя он мог и сам.

Вскоре тесть ушёл и Артём, уложив Лизу, готовился тоже ко сну. Но Катя прошла мимо него в комнатку матери и, постучав, вошла к ней. Дверь осталась слегка приоткрытой, и Артём невольно слышал каждое слово. Но вставать и закрывать дверь не стал. Никаких тайн разговор не содержал, а отвлекать женщин от такой беседы он не посчитал нужным.

– Мам, прости, – Катя присела на кровать рядом с матерью и ткнулась лбом в её плечо.

 – Мы с отцом, правда, хотели, как лучше.

Влада молчала, не желая ничего говорить и ничего выяснять. Дело сделано. Но дочь не уходила, прижавшись к её боку, и Влада невольно обняла её одной рукой, прижимая к себе теснее, как часто делала это в её детстве. Но, честно говоря, её задело это «мы с отцом». Не с ней – матерью, которая кормила, обувала, одевала, учила и поддерживала, а с отцом, который все годы платил им только алименты и то небольшие с официальной зарплаты.

Значит, что-то Влада пропустила в отношениях с дочерью, недодала. Недолюбила? Вернее, не смогла показать свою любовь. Всё же через паузу она обратилась к дочери.

– Катюш, за пятнадцать лет мы с Сергеем стали чужими людьми. Ты можешь представить, что живёшь с мужчиной, которого считаешь чужим? Готовишь ему поесть, стираешь его носки и трусы, гладишь ему рубашки, ложишься с ним в постель и занимаешься сексом?

– Мама?! – возмущённо вспыхнула дочь."

"– Что, мама? Именно это ты мне и предлагаешь делать.

И ты взрослая, замужняя женщина, чтобы не понимать ради чего мужчина и женщина спят вместе. За что же ты так «благодаришь» меня, дочь?

– Мама! Мамочка! – чуть не плакала Катерина. – Я об этом даже не думала. Я думала, что ты простишь отца и вы снова будете семьёй. А у меня будут отец и мать, а не как в детстве – только мать.

– А за что мне его простить, Катя? – спокойно спросила Влада. – За то, что он повёлся на флирт молодой кобылицы? За то, что не удержал свои причиндалы в штанах и побежал за свежим телом и улётным сексом, как он выразился? Он мне в глаза это сказал, знаешь ли.

И добавил, что разлюбил меня. Я старалась, чтобы ты той грязи видела, как можно меньше. Тогда ещё бабушка была жива, и ты часто оставалась у неё. Развод – дело долгое и нервное, когда есть дети и общее имущество. Его подруга хотела получить нашу квартиру, но раз у меня оставался ребёнок, им пришлось довольствоваться денежной долей. Мама мне тогда здорово помогла.