Сама за себя

Потому что вторая часть зарплаты уходила на неожиданные бытовые мелочи и непредвиденные покупки: то на кухню что-то понадобиться, то Лизе срочно что-то в садик надо, то на мойку-стирку потребуется добавить.

У Влады, правда, была вторая работа – копирайт. И за несколько лет она достигла здесь определённых успехов. Бывало в хорошие дни она получала по 1,5 – 2 тысячи. Но это редко. В основном, в месяц у неё выходило 20-25 тысяч, примерно размер основной зарплаты. Ведь она работала не целый день, а только вечерами. Но эти деньги Влада никогда никуда не тратила.

Они были её подушкой безопасности. Именно они помогли ей когда-то накопить на квартиру, помочь дочери и, вообще, чувствовать себя спокойнее в этой тревожной действительности.

Теперь же, ей не хватало времени на вторую работу, если только работать ночью, когда все спят. Но тогда Влада совсем не высыпалась и на работе чувствовала себя отвратительно. Всё же не молоденькая девочка уже.

Обычное утро у Влады начиналось с приготовления завтрака для всех.

Лизу Артём уводил в садик в половине восьмого. Сам уходил вместе с ней. Владе завтрак был нужен тоже к этому времени. Она вставала в половине седьмого, готовила что-то молочное или омлет, или просто кашку на воде. Они втроём завтракали и уходили на целый день. Дома оставалась Катя. Чем она занималась, Владе было неизвестно, но изредка она даже готовила им ужин. Артём, который разговаривал с Владой гораздо чаще дочери, говорил, что Катя работает удалённо, она фрилансер. Однако, и ужин чаще был на совести Влады, потому что она приходила с работы первой, а потом Артём приводил Лизу, которую забирал по пути с работы.

Но надо честно сказать, вечером с Лизкой в основном занималась Катя: игры, книжки, фильмы – всё с ней.

Бытовые заботы и проблемы совсем поглотили Владу и мысли о путешествиях-Европах канули в лету, но случайно Влада услышала обрывок разговора дочери и ей стало так плохо, что она даже прилегла в своей комнатке, выпив предварительно валокордина, переваривая услышанное.

– Нет, – отвечала кому-то Катя, – пока разговора об этом не было. … Какой кредит?! – шёпотом воскликнула дочь, а Влада застыла у приоткрытой двери кухни, боясь выдать своё присутствие. – Нет, мать ни о чём не догадывается… Да, как она узнает? Кто ей скажет? … Нет, я против. Нам и здесь хорошо! А скоро она сама нам её подарит. Ну, мало ли: тебе стыдно! Мать-то моя. А мне не стыдно.

Влада поняла, что разговаривает Катя с мужем, но смысл разговора полностью не уловила.