Рваные валенки мадам Помпадур

Думаю, он подтвердит, что план был именно таков – в бригаду обращается старинная подруга Любы, она больше не в силах хранить тайну Добровой и приносит ее дневник.

Я кивнула, притормозила у «зебры», пропустила женщину с коляской и вкрадчиво сказала:

– Слушай, у меня для тебя есть новость. Но лучше будет, если ее сообщит Лапуля.

– Что случилось? – насторожился Димон. – Немедленно говори!

Но я уже припарковалась, выскочила из машины и побежала в подъезд. Нет уж, пусть Лапуля сама обрадует Коробка. Надо постараться первой уехать в лифте, а то хакер из меня вытянет правду.

Первое, на что наткнулся в прихожей мой взгляд, были розовые угги и Лапа с картонной коробкой в руках.

– Прикольненькие, миленькие? – защебетала она.

– Где взяла? – с завистью спросила я.

Лапа округлила глаза:

– В магазине. Купила всем! Тебе, Анфисе, Маргоше, себе и Димусечке. Разноцветненькие! Димочке, конечно, голубые, он у нас мальчик. А нам розовенькие, красненькие, серебряные и золотые.

Я скинула ненавистные туфли, влезла в сапожки и простонала:

– М-м-м! Лапа! Так мило с твоей стороны обо всех позаботиться!

– Анфиса взяла себе красные, революционные, – хихикнула Лапуля, – Маргоше золотые достались, а мне серебряные. Тебе нравится?

– Очень! – от души воскликнула я. – Надеюсь, эти славные угги сшиты не из сумчатой зебры.

– Они же не полосатенькие! – резонно возразила Лапуля. – А к нам тут только что мужчина приходил. Принес большенькую коробку, сказал, что ты в магазине заказала! Она стоит в спальне.

Я не успела удивиться. В прихожую ввалился Димон.

– Фу! Лифт сломался! Тебе повезло, уехала наверх в кабине, а я пешком топал.

– Прикольные сапожки, котик? – защебетала Лапа.

– Хорошие, – одобрил Коробок.

Лапуля быстро вытащила из коробки голубые.

– Носи на здоровье!

Коробок икнул:

– Кто, я? Это? Лучше умереть!

– Котик-зайчик-рыбонька, – зачастила Лапуля, – померяй уггоньки!

– Чтобы я рассекал в голубых валенках? – взвился Димон."

"Я отступила на шаг и внимательно оглядела Коробка. Сегодня хакер начесал на голове нечто, смахивающее на гнездо вороны, в ушах у него с десяток сережек, на шее собачий ошейник, украшенный шипами.