Русалка в академии

— При желании маг может взять второй курс после завершения учебы по основной стихии, — пояснил он, — и развить и другие направления своей магии, но обычно этого никто не делает. Равновесно стараются развивать способности магов лекарского и артефакторного направлений, так как это важно для их будущих профессий. Но там, если студент слишком сильно проявляет одну из стихий, наоборот ее стараются не развивать, а подтягивать другие для большего равновесия.

— Но самостоятельно развивать способности к другим стихиям человек может и без прохождения других курсов? — поинтересовалась я.

— Конечно, — пожал плечами Ярис. — Каждый маг развивает себя самостоятельно в зависимости от собственной силы воли и интересов.

Ну, да, вспоминается Жильета, которая максимально развила свои небольшие способности, чтобы заниматься любимым делом. А вот мои соученики не выглядят такими же заинтересованными, скорее они, выпустившись из академии, утратят половину способностей и навыков, так как не будут их использовать.

В общем, я придумала пока несколько вариантов применения магии огня, которые могут заинтересовать мальчишек и показать общие принципы того, как применять огонь для движения.

Корабль дошел до верховьев реки АрдХалиф в районе полудня следующего дня, дальше река совсем мельчала и плыть могли только небольшие плоские ладьи, которыми пользовались местные жители, а не имперский больше приспособленный для морских путешествий корабль.

Студенты уже выглядели полудохлыми после ночных испытаний, поэтому, увидев вместо оседланных лошадей несколько комфортабельных больших карет-автобусов (назвать это телегой у меня бы язык не повернулся), никто даже не нашел сил возмущаться. Я сообразила, что на это и было рассчитано изначально и оценила красоту плата — сперва вымотать студентов, а потом уже показывать средство для передвижения.

Наша охрана, включая малолетних принцев, расселась по лошадям и верблюдам — кому что досталось.

Река АрдХалиф, чем больше я о ней слышала, тем сильнее напоминало мне древний Нил. Весной и осенью она разливалась и питала многочисленные вырытые силами местных жителей каналы, приносила на специально сделанные отмели плодородный ил, который после раскидывали по полям. За год в Халифате снимали три-четыре урожая.