Русалка в академии

:

— Кстати, я хотела спросить, что вы делаете с пожертвованиями, которые люди бросают в чаши Стихий?

— В смысле? Это пожертвования Стихиям! Что отдано стихиям, то не может быть возвращено! — возмущается жрец.

— Нет.. я имею в виду... Стихиям ведь не нужны золотые монеты, что им с ними делать? Если бы монеты никто не убирал, они бы давно забили трубы, и...

Жрец зашипел на меня, как конфорка с убежавшим кофе, а потом схватил за руку и оттащил в угол, где никого из прихожан не было. В темноте оказалась спрятана неприметная дверка в служебный коридор.

— Пожертвования людей, конечно, не нужны стихиям, — спокойно со степенным видом произнес Жрец. — Они нуждаются лишь в эмоциях посетителей, их мольбе, их благодарности. А монета — лишь физическое ее воплощение. Когда Стихия освобождает монеты от энергии подношения, мы их забираем.

— Вы не могли бы сейчас вытащить подношения, что были брошены в алтарь Воздуха? — попросила я.

— Что! Нет! Забирать назад подношения Храму.

— Нет-нет, — прервала я его. — Я не хочу ничего забирать. Даже наоборот, боюсь, что у храма могут случится неприятности. Вы ведь, вероятно, не оставляете деньги здесь, а используете их на ремонт, например...

— Конечно, содержание Храма в хорошем виде — дело недешевое.

— Так вот, сегодня, пытаясь спасти Ларифа от беды, мы бросили амулет, что чуть не убил его, в жертву Стихии воздуха. Я боюсь, что, если вы продадите его кому-то потом, ситуация может повториться.

— О, Стихии! — он сотворил отгоняющий зло знак. — Господа маги, Храм — это ведь место для отправления ритуальных нужд, а не мусорка!

— Конечно, преподобный, — склонила голову я. — Я надеюсь, что амулет теперь обезврежен, а сделать я это могу только с вашей помощью.

Поддавшись уговорам, Жрец все же провел нас по коридору. Оказалось, что узкий ход опоясывает практически весь центральный зал, и от каждой из чаш-алтарей есть дополнительная трубка для отвода принесенных жертв. Было странно наблюдать, как простым совком, каким хозяйки освобождают очаг от прогоревших углей, жрец выгребает из специального углубления монетки.

— Ну, что? — напряженно поинтересовался жрец, не пытаясь прикоснуться к амулету и глядя на него с явным опасением.

— Их нет, — удивленно констатировала я факт, переглянулась с Ярисом.