Русалка в академии

Клодис посадил птицу на стол рядом с соловьем: — взгляните, где оригинал, а где копия? Эта девушка еще не доросла до истинного мастерства.

На деле я видела — золотая птица была выполнена грубее, более толстыми и неаккуратными плетениями, было видно шов — ее собирали из двух половинок, в то время как соловья Жиль создавала единым целым. Я все это видела, но... как это доказать? Я вспомнила слухи, которые пересказал мне господин Юджур, что старый мастер, у которого училась Жильета, после ее появления в подмастерьях стал выдавать новые работы совсем в другом стиле.

— Быть может, вы можете показать что-то еще? На свободную тему, — предложил господин Хуфтер.

— Конечно, — пробормотала Жильета слабым голосом.

Я злобно посмотрела на Клодиса:

— А вы почему повторяете те же техники, что использовал ваш отец? Где ваше новшество?

— А мне не нужно, — хохотнул тот, поправляя своего несуразного попугая. — Я уже и так признан мастером.

Глава 72

— Это же твоя работа? — спросила я хмуро, разглядывая птичку с сапфировыми вставками. Очевидно, что старейшины гильдии ювелиров специально настаивали на этой теме, потому что у них был этот старый образец. — Я узнаю твою руку.

Жильета потерянно молчала, глядя куда-то сквозь свое дерево с соловьем.

— Мы можем попытаться доказать авторство, — задумчиво произнесла госпожа Ферерворс, сразу просчитывая варианты, — но боюсь, что для этого нужно будет ехать в столицу, и суд будет очень сложным.

Я представила себе эту перспективу: суды, эксперты, противостояние... долгие месяцы, если не годы разбирательств... неужели, я ошиблась, когда поддержала Жильету? Неужели неправильно просчитала гильдийцев, и теперь мне не получить Кровь Моря? Дура-дура-дура.

— Нет, я не стану позорить имя своего мастера, — качнула головой Жиль, отвлекаясь от созерцания своей работы. — Как бы там ни было, он дал мне многое.

Я задохнулась от возмущения. Тоже мне, решила поиграть в благородство! А что же тогда делать? Сдаться?!

— А твой отец не сможет надавить на гильдию?

Жильета обожгла меня гневным взглядом.