Русалка в академии

Мы вместе добываем еду, вместе меняем ландшафт, помогаем растить урожай, чтобы вместе его есть, люди помогают нам ловить рыбу. Взаимовыручка дает нам возможность выжить».

«Появились первые межвидовые пары. Странно, но возможно. Жизнь продолжается, появляются на свет новые дети. Их еще совсем мало, подростков почти нет — немногие дети пережили войну и разруху после. Мы все вместе помогаем тем парам, которые решаются завести потомство, мое сердце болит за каждого ребенка».

«Дети слабы. Я смотрю на них и не понимаю, как они будут жить.

Мы ослабли, потеряв благословение Стихий, но полукровки еще слабее. В их телах перемешивается сила обоих родителей, не приводя к полноценному развитию ни одной из стихий. Некоторые пары из-за этого расстаются, другие решают жить как есть, надеются, что их дети не погибнут. А я не знаю. Я боюсь этого.

Как они пройдут инициацию? Пройдут ли? Я смотрю даже на чистокровных потомков русалок, и не вижу в них той силы, что приводит к инициации. Или еще рано, они еще слишком малы? Я не знаю.

Дриэн утешает меня, говорит, что мир изменился, должны поменяться и мы. Он видит в этих новых детях будущее, а я боюсь. Тем больше, чем отчетливее слышу биение жизни у себя под сердцем.»"

"«...не все. Я не знаю, от чего это зависит. Казалось бы, что инициация должна случится у чистокровных, но нет. Только несколько подростков показывают признаки ее приближения, и лишь одна из них чистая русалка. Мы объединяем силы, чтобы сдерживать их порывы. Не знаю, быть может, их нужно изолировать от других детей, ведь они опасны.

.. но с другой стороны, без общения не может быть и нормальной инициации, сила просто разрушит их изнутри. Это взросление, так говорят старейшие из тех, с кем я советовалась, кто так же вышел из воды на нашем побережье.»

«Как же больно! Мы отвыкли от смерти, нам казалось, что впереди мир, что впереди надежда...»

«Один из мальчиков не пережил инициации... так все говорят «не пережил». Зачем себя обманывать? Мы убили его.

У нас нет Храма, чтобы ему помочь пройти через процесс. Я хотела отвести его под воду, теша себя надеждой, что ему поможет полуразрушенный Храм, но он полукровка, он не способен к обороту. Чем дальше, тем сильнее были его приступы ярости, пока он не стал опасен для окружающих... повезло, что малышку, на которую он напал, удалось спасти. Но сдержать его и не навредить мы не с умели. Он не прошел инициацию, он не выдержал. И его пришлось убить.