Русалка в академии

Услышав, о новом проекте с хорошим бюджетом, он спросил не о том, какая у него будет зарплата, а о том, можно ли будет посадить то и это... и я поняла, что мы сработаемся. А уж когда он узнал о моих идеях, и вовсе вцепился в меня, как клещ. Такая умная я, только и успевала все время отвечать на его вопросы «не знаю, не знаю, не знаю...»

Одно было плохо — господин Тупракрув имперского не знал. Хенли окончательно получила повышение и приобрела статус переводчицы и секретаря. Теперь она по моему примеру везде таскала с собой сумку, в которой хранила блокнот из сшитых вручную листов и писчие принадлежности, напоминала мне о делах и встречах.

Жизнь завертелась, теории начали превращаться в практику, и уже вскоре мы забили выделенную нам шхуну разнообразными образцами растений, работниками, не забыли и Ларифа с Терифом, от которых не удалось отвертеться, и поплыли на место будущего оазиса.

Глава 39

— Они засохнут, точно засохнут, — причитал господин Тупракрув над своими саженцами.

— Это пустынные виды, ничего с ними не случится, — устало откликнулась я. Для слова «засохнут» мне даже уже перевод не требовался, так часто он его повторял. — Посмотрите, у этих даже листики еще не стали мягкими, — указала я на растение с мясистыми листьями, как у толстянок, — вы же сами рассказывали, что они в засуху становятся похожими на тряпочки, а потом некоторые и отваливаются, так как растение черпает из них воду.

— Но вот эти... смотрите-смотрите! — он сунул мне под нос какую-то колючку с мелкими шарообразными листиками, больше похожими на ягодки, в окружении острых шипов длинной с палец.

— И что с ними не так? Листики отваливаются? Усыхают? — не поняла я, выслушав перевод его речи от Хенли.

— Нет, они слишком набухли!

— Не волнуйтесь, мы уже скоро пристанем к берегу, и вы сможете посадить свои растения, — тяжело вздохнула я.

Он опять принялся причитать, что это ведь нескоро, что сперва еще канал рыть и так далее, но я его проигнорировала и поспешила на капитанский мостик, где как раз решали, где нам лучше устроиться. На столе была расстелена подробная карта побережья и отмечен большой кусок берега, который Халиф отдал нам на растерзание. Что удивляться — пустынная земля с редкими колючками никому не была нужна.