Русалка на суше

а что если вы подарите мне этот артефакт в обмен на щедрое пожертвование храму?

- Это невозможно!

Мне это надоело. Я плюнула на жреца и, чуть отъехав, вцепилась когтями в тонкую щель на ребре кулона. Усилие... в человеческом теле у меня, наверное, сломались бы ногти, для этого дела лучше подошел бы нож, но не было времени. Русалочьи когти крепче, и мне удается разделить кулон на две половинки, словно шоколадную медальку. Только внутри отнюдь не шоколад, а четыре крошечных камешка не больше ногтя мизинца размером.

- Что вы делаете? - жрецу не позволяют подойти ближе полуорки, а я быстрым движением сгребаю все камни на свою ладонь и защелкиваю амулет обратно, только на боку остались крошечные царапины от моих когтей.

- Прошу прощения, мне кажется, он нуждается в реставрации. Мой ювелир мог бы его почистить и вернуть в надлежащем виде.

Жрец отталкивает охрану и выхватывает у меня амулет, поспешно вешает цепочку себе на шею. Я чувствую - его кровь все еще поддается моему влиянию, без камней амулет не работает на защиту.

- Пойдите вон отсюда, - велит он устало.

- Прошу прощения за беспокойство, вы должны меня понять, я очень волнуюсь за пропавшего мальчика.

Он кивает вроде бы, но я чувствую, что затаил обиду, что и немудрено. Вытаскиваю из кошеля несколько золотых, по местным меркам - целое состояние:

- Примите в качестве моего извинения, - протягиваю золото на раскрытой ладони.

- Я давал обет и не могу принимать от прихожан ни денег, ни дорогих подарков, -нахмурился он.

- Даже в качестве извинения за причиненные неудобства? - подъехала я ближе.

- Даже так.

- А если в качестве пожертвования на пользу храма? - попыталась уговорить.

- Жертвы на храм вы можете бросить в алтарные чаши стихий, - махнул он рукой в сторону, и денег так и не принял.

- Понятно, - пришлось опустить руку не солоно хлебавши."

"Навесить на жреца запрет на разглашение произошедшего не вышло. Проезжая мимо алтарной чаши земли, кинула в нее монеты. Стихия не отреагировала, и золото начало медленно тонуть в ее недрах.