Рожденная в пламени ночи

Выглядел он более… интеллигентно что ли. Дорогой костюм, ухоженные руки, одеколон, наверняка, от известного парфюмерного дома. Ева обругала себя. За маской благополучия и видимого сочувствия может скрываться самый жестокий зверь.

Ей ли не знать об этом?

— Тебя не просили меня спасать, — негромко произнесла она. — Я бы выкарабкалась и без твой помощи.

— Да неужели? Я уже видел, как ты пытаешься быть самостоятельной. Не впечатлило.

Его слова задели Еву, и она приготовилась сказать в ответ колкость, но в этот момент у вампира в кармане раздалась мелодия вызова сотового телефона.

— Да, слушаю.

Слушал он долго, не перебивал говорившего. Лишь иногда хмурился.

— Мы вплотную занимаемся созданием отрядов в Москве. Если сейчас не уничтожить стригоев, через пару сотен лет будет поздно. Сначала они вырежут истинных вампиров, потом примутся за людей. Станут использовать их, как корм, высушивая, тем самым, или убивая их или превращая в таких же бездушных тварей.

Ева не хотела вслушиваться в разговор, но услышав про стригоев, невольно обратилась в слух. Со стригоями ей тоже приходилось сталкиваться….От воспоминаний кожа покрылась холодными мурашками. Монстр как-то раз, чтобы сломить её, запустил к ней в комнату парочку стригоев.

То, что хозяин дома выступал ярым борцом со стригоями, удивило её. Ей доводилось слышать сплетни, что в больших городах находятся смельчаки, которые ведут борьбу с тварями-убийцами. В их же деревне, где она выросла, были другие, более насущные проблемы, и про борьбу сильных мира сего лишь иногда рассуждали, в большинстве же своем предпочитали жить не думая о том, что происходит за пределами деревни.

Игорь закончил разговор, и снова его внимание вернулось к девушке.

— Так на чем мы остановились? — лениво поинтересовался он, откидываясь на спинку кресла.

— На том, что ты мне позволишь уйти.

— А ты настырная, — заметил он. — Давай я для начала представлюсь. Князь Игорь Сандровский.

Ева медлила с ответом. По правилам приличия она должна была так же представиться, назвать своё имя. Но ей не хотелось.