Роскошная хищница, или Сожженные мосты

 – Он так переживает за тебя, что, по-моему, телевизор не выключает, боится новости пропустить – вдруг тут у вас что...

– Ну, мы птицы невысокого полета, так, над местным болотом кружим. – Марина села на стул, подставила Хохлу ногу в высоком сапоге, и Женька привычно взялся за голенище. – А генерал наш как там?

– Так ты не в курсе, что ли? Выперли его из министерства! – сообщил Николай, вешая на плечики куртку. – Ну, он и вообще запил. Мать к нему вернулась было, да не выдержала – он же просто невменяемый сделался.

Марина почувствовала укол совести – в конце концов, одной из причин увольнения Дмитрия была она, Коваль. Конечно, как сказал отец, ее появление в жизни генерала МВД было только зацепкой, поводом, но все равно Марине было неприятно сознавать, что брат вылетел с работы не без ее участия. Злорадная ухмылка на лице Хохла не укрылась от ее взгляда, и Коваль сверкнула глазами в сторону любовника:

– Прекрати!

– А что? – вполне натурально удивился Женька, помогая ей подняться со стула.

Коваль покачала головой, осознав бесполезность разговоров: упертый Хохол, как говорится, был не злопамятным, а просто злым и с хорошей памятью. А уж если он затаивал на кого-то злобу, то о последствиях лучше было даже не думать.

– Все, пожалуй, хватит про папашу моего, а то поругаетесь, – справедливо заметил Николай, переводя взгляд с тетки на Хохла. – В этом доме ночевать оставляют, или мне придется ехать в «Рощу»?

– Оставляют, – буркнул Женька. – Это по-прежнему проходной двор и ночлежка, вечно кто-то зависает.

– Ой, да не ври ты! – засмеялась Марина, легонько стукнув его кулаком в плечо. – Сто лет уже никого не было! Мышка вот только приехала, а так-то и нет никого.

– А Ветка? – тихо поинтересовался Николай, и Марина вдруг вспомнила, что ни словом не обмолвилась о замужестве ведьмы.

– А что – Ветка? Ветка... – она замялась, и Хохол сразу заполнил паузу, расставляя все точки:

– Замуж выскочила Ветка твоя, теперь только дома ночует.