Ритуал

Мне больше никогда не придется бояться…»

И вдруг она вспомнила.

Ударная волна чистого ужаса окатила ее.

«О боже, что мы наделали?!» - подумала девушка.

Она отшатнулась так резко, что ему пришлось подхватить ее, чтобы она не упала назад.

- О боже! - сказала она, чувствуя ужас, сметающий все на своем пути. - Господи, Адам, как мы могли? - прошептала она.

Еще мгновение его глаза оставались рассредоточенными, открытыми, но не видящими, будто бы он не мог понять, зачем ей понадобилось разрушать их красивый транс.

Все еще в его руках, все еще рядом с ним, Кэсси зарыдала.

Как они могли позволить этому случиться? Как она могла поступить так с Дианой? С Дианой, которая спасла, стала ее другом, доверяла ей. С Дианой, которую она любила.

Адам принадлежал Диане. Кэсси знала, что Диана не мыслит своей жизни без Адама, что все мечты и надежды Дианы включают его.

Кэсси внезапно вспомнила, каким светом загорелись обеспокоенные зеленые глаза Дианы, как только она увидела Адама; она вспомнила, какой нежностью и сиянием наполнялся Дианин взгляд каждый раз, когда она просто говорила о нем.

Адам все еще любил Диану. Это было ясно, как день. Адам идеализировал Диану: он поклонялся ей с той же чистой, сильной и нерушимой любовью, с какой Диана боготворила его."

"Но Кэсси видела, что ее Адам тоже любит.

Но первенство принадлежало Диане.

- Ты все еще любишь ее, - прошептала Кэсси, зачем-то требуя подтверждения сей грустной истины.

Внутри зарождалась горечь.

Адам закрыл глаза.

- Да, - его голос стал резким. - Господи, Кэсси, прости.

- Нет, все хорошо, - сказала она. Она узнала эту горечь - то была боль потери, боль пустоты, и она усиливалась. - Потому что я тоже люблю ее. И не хочу, чтобы она страдала. Поэтому я пообещала себе, что никто из вас никогда не узнает…

- Это моя вина, - промолвил Адам, и она ощутила, как сильно он себя корит. - Мне следовало раньше понять, следовало самому разобраться с моими чувствами.