Рябиновый мед. Августина

Одна из женщин вышла вперед, одним рывком сдернула паранджу… Верхний этаж ахнул — глухая паранджа скрывала мужчину! Гости внизу одобрительно и восхищенно загудели.

— Исламбек! — обрадованно воскликнула одна из женщин. Ася не отрываясь смотрела вниз. Конечно же, и спутники Исламбека тоже оказались мужчинами.

— Что они говорят? — зашептала Ася в самое ухо Зульфие.

— Исламбек говорит, что не мог не поздравить брата со свадьбой дочери и друга со свадьбой сына. Он привез подарки.

По его знаку один из сопровождающих открыл внушительную шкатулку.

Новых гостей посадили за свадебный стол, Сафар приказал музыкантам играть. Жены Исламбека прильнули к решетке и во все глаза смотрели вниз. Их кумир неторопливо ел плов и беседовал с гостями.

Асе был виден его загорелый, темный бритый затылок и крепкие плечи.

Сердце ее гулко отдавало в голове. Неуловимый Исламбек, за которым охотится Вознесенский!

Недолго посидев за свадебным столом, Исламбек поднялся, и следом одновременно поднялись его спутники.

Только теперь он взглянул на решетку верхнего этажа. Ася невольно отпрянула и наткнулась на Зульфию. Та приложила палец к губам.

Исламбек повернулся к Сафару и что-то сказал ему.

— Он говорит, будто знает, что в доме находится русская женщина, жена красного офицера, — горячо зашептала ей в ухо Зульфия.

Ася почувствовала, как холодный пот сползает каплями по спине.

— А что Сафар?

— Сафар говорит, что на свадьбе только его гости. После этих слов Сафара Исламбек медленно прошелся по двору, подошел к подушкам, на которых в начале торжества восседал хозяин дома, и ловко вытянул из горы подарков вышитое Асей полотенце с петухами! Поднял и показал всем.

— Даже если так, эта женщина — гостья дома, она пришла с подарком и не сделала плохого.

— Она — жена врага. Она — иноверка!

К спорящим подошел Арсланбек:

— Послушай, брат, не хочешь ли ты испортить мне праздник?

Ася видела, как потемнели скулы у Исламбека.

— Я увезу ее в горы. Я заставлю красных покинуть Бухару! Ее муж — большой начальник.

— Ты забыл наши законы, брат? — не отступал Арсланбек. — Эта женщина и мой гость. Я не позволю, чтобы волос с ее головы упал в этом доме!"

"Зульфия давно молчала, в волнении прижимая лоб к решетке, но Ася и не нуждалась в переводе. Все было понятно и так. Внизу поднялся галдеж, грозящий перерасти в потасовку. Мужчины горячо спорили. Но вдруг все стихло.