Режим «Любовь»

– Роберт, я понимаю, что тема не самая приятная, но вы новости вчера видели?.. – отец мужа смотрела на нас вопросительно. Я понимала, как раз-таки он имеет права на такие вопросы, в отличие от остальных. – Не стал звонить и выспрашивать, вам и без меня проблем хватает, – он понизил голос, говоря почти шёпотом. Ну надо же, хоть кто-то соблюдает нормы приличия. Не всё так плохо в семье Орловых.

– Да. Это фото было сделано именно в то утро, про которое я тебе рассказывал. Лишь одно непонятно, чья это инициатива – Алекса или Кристины?

– Думаю, Кристины, – твёрдо сказал Эдуард Константинович.

 – Я говорил с Алексом, как и обещал, он заверил меня, что в твою семью больше не полезет, хотя… он часто говорит одно, а делает совершенно по-другому. Ничему не удивлюсь.

– Я это выясню, обязательно. И накажу, обоих, – глаза Роберта сверкнули совсем не по-доброму.

– Хочешь, поговорю с Алановым?

– Нет, отец. А он-то причём? К тому же, он даже не понял, что на фото его дочь. Уверен, не соврал. А даже если бы и знал, что это она, выгораживал бы до последнего, и постарался всячески замять скандал.

С тобой ему ссориться точно не с руки, слишком много теряет."

"– Мы дружим много лет, а точнее – тридцать. Раньше он часто заикался о том, что неплохо было соединить наши семьи, намекая на твою женитьбу на Кристине. Но когда его золотая дочурка сотворила с собой то, что мы видим сейчас, я полностью отказался от этой мысли. Ему, конечно, всё объяснил по-другому, но он откровенно расстроился, – свёкр резко развернулся.

 – Кстати, когда я предложил ему рассмотреть брак дочери с Алексом, он наотрез отказался, даже слушать не стал. Хотя, они одного возраста, и подошли бы друг другу… образом жизни…

– Возможно потому, что Аланов понимает – корпорация достанется именно мне. Зачем Алекс, если доченьку можно пристроить куда более выгоднее?

– И то верно…

– Эдик, идём? – Эльвира подошла сзади, вальяжно виляя бёдрами. В свои пятьдесят она всё ещё выглядит эффектно и привлекательно. Схватила Эдуарда Константиновича под локоть, но по выражению лица я поняла, что особых положительных эмоций он не испытывает.

Как-то странно он смотрел на свою жену, с пренебрежением что ли… или мне показалось?

Роберт

Косые взгляды откровенно напрягали и раздражали, но несмотря на это, я улыбался, как только мог. Лера была напряжена, вцепилась в мою руку мёртвой хваткой, не было в ней сейчас той лёгкости и непринуждённости, как на дне рождении отца, когда она вела себя раскованно и свободно.