Ресторан для попаданки \

– Там на дороге повалившееся дерево, пришлось резко тормозить. Вот колесо и отвалилось.

– Всё хорошо, – моё сердце бешено стучало, искренне радуясь свалившемуся на нас приключению. Если бы не оно, моя душа могла бы уже поджариваться на гигантском вертеле. Вся широта фантазии моего проводника мне была не известна, потому я пока остановилась на этом варианте.

Правда, через несколько часов ожидания я уже не была так рада. Мир мне достался далеко не современный. Эвакуаторов не было и в помине. Лакей отправился на поиски кузнеца в ближайшей деревне, до которой был почти час пути, в то время как кучер продолжал ковыряться в экипаже, подсвечивая себе тусклым фонарём.

Я же возмущённо растирала замёрзшие плечи. Несмотря на растительность вокруг, ночь оказалась весьма прохладной. Я подозревала, что сейчас здесь осень или даже зима. Воздух полнился ароматом влажной земли и прелых листьев, а ещё звуками… казалось, что именно сейчас лес вокруг наиболее активен. Мне слышались взмахи крыльев, подвывание диких собак и треск ломающихся веток под лапами спасающейся дичи.

Если исходить из воспоминаний о жарком континенте, то в моём мире самые ядовитые, самые редкие, самые смертоносные животные обитали именно там.

Зато к рассвету, когда колесо, наконец, было починено, у меня исчезло чувство вины перед лордом д’Эбре. Выгнал на ночь глядя жену. Ну и что, что нежеланная, я ведь человек! И в такой глуши в ночи могло случиться всякое.

Он ведь ни охраны приличной не выделил, ни горничной; вроде, она мне полагается…

Избавляясь от малейшей крохи сожаления, я села в экипаж и продолжила путь, что занял два дня. За это время я узнала и об удобствах в кустиках, и о придорожных тавернах, и о том, как спать вполглаза, чтобы не попасться наглому проводнику, что поджидал меня, стоило прикрыть глаза, в царстве морфея.

Неудивительно, что столица не произвела на меня впечатления, когда мы въехали в шумный город.

Имя д’Эбре творило чудеса, и через тридцать минут я уже откисала в ванной с пышной пеной с ароматом сладкого персика, пока горничные разбирали мои дорожные сундуки.