Развод в 50. Катись отсюда!

Сейчас, как ни крути, а заматерел и уже вид совершенно другой, не жилы, а мышцы вширь.

Нет, нельзя Натахе моей сюда, пусть дома сидит, на своих Серканов Булатов или как их там, любуется… все равно они недоступные, всего лишь картинка.

А я….

— Охренеть! — снова повторил Борис. — Горло смочим?

— Нравится?

Я чувствовал себя Магелланом, открывший Америку задолго до Христофора Колумба. Первооткрывателем порочных земель, острова райских наслаждений.

Планировал ввести друга в этот мир и показать ему новые горизонты, а живет, рохля, и жизни не видит, в пенсионеры себя записал, зря…

— Нравится? — спрашиваю я, покровительственно хлопнув друга по плечу.

— Нет слов…

— Рот закрой, кишки простудишь, — шучу грубовато и добавляю, окончательно введя друга в ступор. — Это ещё что… Видел бы ты, какие прелестницы приходят на приват…

— На п-п-прива-а-ат? — протянул несчастный Борис.

— Дыши, еба на. Или пусть тебе рот в рот кто-нибудь из девочек сделает искусственное дыхание?

— Ааааага.

Тьфу.

Того и гляди, то ли сердечный приступ схватит, то ли в трусы обкончается.…

Конечно, я мог пойти один.

Или не мог…

В «Гараже» я был не впервые, но всегда в компании приятелей.

Тот же Леха Андриенко, или Капралов Антон, которого все звали просто Капрал…

Вот с ними мы отлично проводили время, пили, обсуждали наши мужские дела, пока взгляд услаждали девицы, созданные для наслаждения мужчин, не иначе.

Такие номера откалывали, мама дорогая…

Будоражили воображение.

Разогретый такими картинами и откровенными позами, всегда хотелось продолжения…

Но сегодня Леха не смог прийти, у него жену оперируют, а Капрал умотал в командировку, и я уверен, он там шпилит очередную молоденькую сосочку.

Прямо-таки дерет и в хвост, и в гриву, показывая ей, как надо… И демонстрируя, что опыт, сука… опыт не пропьешь!

Молодняку до такого, как до Китая.… раком.

Но Борис… Борис… тюфячок среди нас.

Кажется, я зря его позвал, придется таскать всюду, как телка, и следить, чтобы его не обобрали, а то он так по сторонам глазеет, совсем себя не контролирует.

У него же будто впервые глаза на мир открылись.

Эх, слепой ты котенок…

— Вот это… Охренеть! — в очередной раз повторил Борис. — Мне даже заначку не жалко. Это стоило того…

— Тебя заклинило, что ли? На слове охренеть.

Мы подошли к бару, к нам подплыла девица, и Борис.