Развод на новый год

Как будто так и надо: грубая мужская обувь, изящные туфельки и детские кеды. Это и есть семья, а все остальное так - симулятор.

И именно этого у меня не было. Потому что я все испортил.

- Титов, так все же, - меня догнал голос Сони, - тебя настигла Карма и оказалось, что ребенок был не твой?

Я через боль поднял лицо к ней. Яркий электрический свет из кухни ножом резал глаза. Хотелось сощуриться и отвернуться.

- Выкидыш на поздних сроках. Такое иногда бывает, - спокойно ответил я, наблюдая как меняется моя жена.

Она побледнела, вскинула брови вверх и вытянула губы в неестественно правильную букву о.

- Господи, прости, пожалуйста, я не знала.

- Никто не знал.

Я облокотился о порог, чтобы оттолкнуться и выйти из квартиры, пока силы не покинули меня.

- Макс, - тонкие пальцы сжали мое плечо, - мне очень жаль, я, конечно, много чего желала тебе и Любе, но такого никогда.

- Я знаю, - я слегка похлопал ее по руке.

- Если это уместно, то… черт, у нас еще такой разговор вышел неприятный… - Соня в досаде на себя зашипела, - я ей столько наговорила.

Я остановил ее, прежде чем она сказала хоть что-то.

- Нет, это неуместно. До завтра, котенок.

И только когда вышел на улицу, понял, что по ошибке назвал ее как раньше. Как называл много лет назад, когда жизнь была другой, и мы были другими. Не такими поломанными, как сейчас.

Глава 17

Соня.

Четыре. Именно столько раз я перенесла экстрокорпоральное оплодотворение. ЭКО. Четыре раза эмбрион не прижился. Три из них Макс помогал мне справиться со случившимся, один - нет.

Можно ли приравнять это к выкидышу? Формально - нет. Но фактически… каждый раз я чувствовала, что меня лишают какой-то частички жизни, души, сердца.

Четыре раза я переживала этот кошмар, лежала в палатах разных больниц - частных и государственных. Видела десятки лиц врачей, медсестер, санитарок. Таких же несчастных женщин как я сама. У каждой была своя история. Их анализы, диагнозы, неверность или преданность мужей, обвинения и слезы.

Я не знала, что Люба была одной из них… Из нас.

Когда за Максом закрылась дверь к своему удивлению первое, что я испытала было не отчаяние из-за того, что он узнал про Степу, не страх за наше будущее и не мысли о том, что будет дальше. Я не могла перестать думать о Любе и том, что с ней случилось. Никогда не желала никому пережить нечто подобное. Даже ей. Особенно ей.