Разрушенный дворец

– Как-то раз я сказала Вэл, что мы как зеркала, – шепчет мне Элла, – что каким-то странным образом подходим друг другу.

И я понимаю, о чем она говорит. Те сложные чувства, которые мы испытываем к своим матерям, их слабости и хрупкости, внутренней силе и любви, что они дарили, к их эгоизму, который повлиял на нас, – все это запутало, сломало нас изнутри, но случилось так, что узелки распутались, и мы снова стали целым.

Элла помогает не сломаться мне. А я помогаю не сломаться ей.

Раньше я боялся будущего.

Но теперь я больше не боюсь: я нашел ту, которая видит меня, истинного. И я тоже вижу ее. И больше не хочу знать никого, кроме Эллы Харпер, потому что она и есть мое будущее. Она – мой стержень, огонь во мне, мое спасение.

Она – это все.

Глава 37

ЭллаНеделю спустя

– Что это? – спрашиваю я, когда выхожу из ванной, одетая в свои любимые домашние вещи: футболку Рида и шорты.

Сегодня тренировка группы поддержки затянулась, и я сказала Риду ехать домой без меня. А когда вернулась, то заставила его ждать, пока приму душ, хотя он заявил, что ему все равно, потная я или нет.

И вот я выхожу из ванной и вижу на своей кровати россыпь красочных буклетов. На многих из них изображены молодые люди, прижимающие к груди учебники.

– Выбирай, – говорит Рид, не отводя взгляда от телевизора.

Я подхожу ближе. Это рекламные проспекты колледжей, около десяти штук.

– Что выбирать?

– Выбирай колледж, где мы будем учиться.

– Мы?

Из любопытства я открываю одну брошюру. Она гласит: «Университет Северной Каролины был основан в восемнадцатом веке».

– Ага.

Рид переворачивается, подминая под себя половину блестящих проспектов.

– Мы выбираем вместе? – удивленно спрашиваю я.

– Да. Ты говорила, что хочешь танцевать, так что там есть парочка колледжей, где можно получить степень магистра искусств.

По телу разливается знакомое тепло.

– Ты сам все это узнал?

– Еще бы!

Я прикусываю нижнюю губу, чтобы не расплакаться.