Разборки авторитетов

Знаешь, мой дорогой, почему я никогда не проигрываю в карты? Потому что у меня в рукаве всегда есть еще одна колода. – Монтиссори засмеялся. – Жизнь, в сущности, такая штука, что иногда приходится быть шулером. А потом, я терпеть не могу, когда мне наступают на любимую мозоль. Тогда я бью наотмашь. А этот русский посмел вмешаться в мои дела и обязательно за это поплатится.

– Брось, Альберто! У него такая очаровательная жена. Разве нельзя отнестись к нему снисходительно хотя бы ради нее? Зачем тебе этот бизнесмен? Отпусти его, пусть себе живет.

– Не могу, иначе моя доброта может мне дорого стоить. Мой мальчик, ты многого не знаешь. Он может меня проглотить точно так же, как это только что сделал ты с тарталеткой. Тебе же я советую влюбиться в русскую дамочку. Это будет тот самый редкий случай, когда любовь пойдет на пользу дела. Ха-ха-ха!

– Знаешь, я подумаю об этом, – живо отозвался Макс и, прищурившись, внимательно посмотрел на кузена.

Монтиссори напомнил Максу о давнем романе с русской студенткой, с которой он познакомился во время круиза по Средиземному морю.

Это случилось в последний год его учебы в академии, когда он, увлеченный античностью и эпохой Возрождения, решил посетить колыбель цивилизации. Путешествуя по Европе, Макс две недели провел с русской студенткой и был очарован прелестным созданием с копной белокурых волос. И если бы не его тяга к смене впечатлений, не обещания родственников лишить его навсегда всяческой поддержки и субсидий, то обвенчался бы Макс Барбарелли с хорошенькой студенткой в ближайшем костеле.

С тех пор он питал слабость к русским женщинам, как будто надеялся повторить романтическое приключение.

– И все же, Альберто, ты полагаешь, что ее супруг столь опасен? Мне трудно себе это представить. Его внешний облик, какой-то врожденный аристократизм никак не вяжутся с твоим словесным портретом. Я наводил кое-какие справки и отовсюду получил о мистере Игнатове весьма лестные рекомендации. Возглавляемая им фирма имеет солидную репутацию и весьма надежна.

Насколько мне известно, она работает с респектабельными партнерами. Думается, здесь что-то не так.

Дон Монтиссори внимательно выслушал восторженного кузена. Парень определенно влюблен в эту русскую, а чрезмерная чувствительность – всегда помеха большому бизнесу.

Выдержав долгую паузу – а дон Альберто был великим актером, – он, нахмурившись, сказал:

– Хочу предостеречь тебя от ошибок относительно репутации мистера Игнатова. У меня иные данные.