Раз и навсегда

– Я не потерплю никаких промедлений и колебаний и с твоей стороны, моя дорогая, – шепнула герцогиня вспыхнувшей правнучке и, снова потрепав девушку по щеке, задумчиво добавила: – Я решила удалиться в деревню. От Уэйкфилда до Клермонта всего час езды, так что, возможно, ты будешь временами навещать меня.

Сказав это, она сделала знак своему поверенному, ожидавшему у входа в церковь, и величественно произнесла:

– Дай мне руку, Везерфорд. Я увидела то, что хотела увидеть, и сказала то, что хотела сказать.

Бросив последний победный взгляд на застывшего в недоумении герцога, она повернулась и ушла с высоко поднятой головой и расправленными плечами; и ее трость лишь слегка задевала за землю.

Многие гости все еще толпились вокруг, ожидая экипажей, когда Джейсон провел новобрачную через толпу к своей роскошной карете. Виктория через силу улыбалась, отвечала на приветственные взмахи рук, но она была так измучена за это полное душевных потрясений утро, что ничего не видела перед собой до того момента, пока они не подъехали к деревне в окрестностях Уэйкфилда.

Из-под ресниц она бросила быстрый взгляд на красивого мужчину, который теперь стал ее мужем.

Он сидел, отвернувшись от нее, его профиль был подобен жесткой, вырезанной из дерева маске, не способной ни посочувствовать, ни понять. Он был зол на нее за то, что она хотела бросить его у алтаря, она понимала это, – зол и не в состоянии простить.

Страх перед неотвратимостью его мести приводил в полное расстройство ее нервы, и без того натянутые до предела. В ужасе она подумала, не стала ли причиной такого разлада между ними, который уже ничем нельзя загладить.

– Джейсон, – начала она, робко назвав его по имени, – прости меня за то, что произошло в церкви.

Он равнодушно пожал плечами.

Его молчание лишь усугубило тревогу Виктории, но вот карета сделала поворот и въехала в живописную деревушку возле Уэйкфилда.

Женщины и мужчины улыбались и махали им, пока карета проезжала мимо, а маленькие детишки с букетами полевых цветов, крепко зажатыми в кулачках, выбегали на дорогу и через открытое оконце кареты преподносили цветы новобрачной.