Раскалённый капкан. Ставка на выбывание

В чем проблема? В конце концов неуязвимых людей не бывает. У нас у всех есть свои слабости.

— Ты про его шлюху? — спросил Юдин, находя взглядом Виталия. Тот стоял в компании Олега Маслова и Романа Мелеха, держа руку на талии своей спутницы.

— Конечно. По-моему, все заметили, что Виталий Эдуардович очень нежно относится к своей новой пассии, — иронично улыбнулся Емельянов, приглашая и Юдина улыбнуться.

— О, да, — усмехнулся тот, — по таким слабостям бить приятнее всего.

Как же он ненавидел этого мерзавца! Нужно было его удавить еще ребенком! Всю жизнь он что-то кому-то доказывает, выгадывает, подстраивается, продается и продает, а этот щенок получает все, палец о палец не ударив.

Бажин стал очень опасен, в этом Григорий Ильич прав, но слишком много уже сделано. Останавливаться уже нельзя.

Емельянов, еще раз призвав Станислава Игоревича к решительным действиям, отошел. Юдин, посчитав свое дальнейшее нахождение на банкете бессмысленным, покинул вечер.

Евгений Леонидович проводил его задумчивым взглядом, переваривая состоявшийся разговор и осмысливая для себя некоторые моменты.

Поведение Станислава давно настораживало. Он все еще жил какой-то призрачной надеждой захватить полное управление «Гроссом», хотя давно ясно, что это невозможно. Виталий Бажин уже давно не мальчик. Мальчик вырос. Он стал опасным сильным и волевым игроком, способным принудить к какому-то решению не только себя, но и других. Долгое время избегая личного столкновения, Виталий практически убедил в своей неспособности выйти «лоб в лоб».

Но надо быть последним идиотом, чтобы поверить, что это действительно так. Юдина об этом не раз предупреждали. Если нужно будет, Бажин ответит ударом на удар, любого пробьет и опрокинет — Бог умом не обделил. Даже здесь он его обставил. Юдин так хотел почивать на лаврах, но инвестиционный фонд запустили без его участия, — что стало поводом для сегодняшнего грандиозного мероприятия, — а его самого благополучно сместили с поста председателя «Гросса». Беда Стаса в его неуемных амбициях и жадности, он потерял всякие рамки, идя на поводу у своей безмерной алчности.

Поразмыслив, Евгений Леонидович набрал номер Бажина и сказал благожелательно:

— Виталий Эдуардович, понимаю, что сейчас не самое удобное время, но разговор срочный.

— Хорошо, я к вам подойду, — согласился Виталий, прекрасно понимая, что его не будут беспокоить по малозначимому поводу. — Рома, я оставлю вас ненадолго. Мне нужно кое с кем переговорить.

— Угу, — кивнул Мелех.