Райская птичка

Нежно касалась набухших и возбуждённых сосков. Но Алисия желала совсем других прикосновений. Желала и жаждала… И вздрогнула, когда крепко ухватив её за лодыжку Данте притянул её к себе. Пришлось чуть проехаться по кровати, скомкав под собой простыню. Он не убрал руку. Двинулся по икре. Пальцами по бедру. Ладонью по ягодице. Вверх по спине. По позвоночнику…

Она прикрыла глаза и замерла от удовольствия, забыла, как дышать. Такая холодная простыня под ней и его горячие руки...

Шорох одежды…

Он накрыл её своим обнажённым телом и прижал к постели.

Он придавил её, заключив в тёплый кокон удовольствия, дав почувствовать свою тяжесть. Потом приподнялся на руках и сел, а она перевернулась на спину. Глаза её были подёрнуты поволокой желания. С губ сорвался слабый стон. Он медленно водил кончиками пальцев по её телу.

- Ты красивая, Алисия… - она хотела бы ответить ему, сказав, что он ей это уже говорил сегодня, но голос совсем осип, а она не стала нарушать эту шуршащую чувственную тишину.

Пусть он говорит.

Пусть делает воздух сладким и приторным.

Пусть пропитает его вязкими эротичными фантазиями.

Они рождались у неё в голове. Они начали рождаться ещё тогда, когда она вышагивала по паркету, наблюдая причудливые художественные узоры.

- Ты прекрасна… у тебя нежная… очень нежная кожа… - его голос был грубоватым и совсем глухим. В тишине звучал ярко.

Алисия закрыла лицо ладонями и сдавленно засмеялась. Задрожала. И возмущённо пискнула. Не видела его взгляда, потому что прикрыла глаза. Может в неясном свете и не различила бы их выражения.

- Ты замечательная женщина, Алисия, великолепная. - Слегка он коснулся груди и сосков.

Ей не понравилось. Не понравилось, как быстро он убрал руки. Совсем не понравилось это мимолётное прикосновение. Ей нужно было больше. Нужно ощутить всю полноту и яркость ощущений.

- Но есть одно «но»? – она приподнялась на локтях. Томное выражение её глаз прояснилось.

- Я этого не говорил.