Пустая (СИ)

Я хотел для Дениса другой жизни. Хотел, чтобы он никогда не задумывался о финансовой стороне жизни, развивался и занимался именно тем, что ему нравится. Жил в свое удовольствие."

"А теперь из-за меня мой сын пускал свою жизнь под откос. Денис пропускал важные тренировки и почти забросил университет. И все чаще моя охрана докладывала мне, что он проводит вечера и ночи в злачных ночных клубах, гуляя на полную катушку. Тренер по хоккею, мой давний знакомый, все чаще жаловался, что он практически не играет, у него пропало желание и стремление, его игра стала похожа на бесполезное катание на льду.

Он спрашивал меня, все ли в порядке в семье. А что я мог сказать? Проблема определенно была — во мне. Ни видеть, ни слышать Денис меня не хотел. Если я находил его и пытался поговорить, он попросту меня игнорировал. Смотрел волком с презрением, и бросал, что проживает свою жизнь как хочет и не собирается спрашивать у меня совета. Я теперь не являюсь для него идеалом. Ну что ж, я заслужил. Я совершил ошибку. Но делал все осознано. Я не привык подавлять свои чувства и жить, обманывая себя. Я все же надеялся, что Денис перебесится, переболеет. Кто в его годы не уходил в загулы? Как ни крути, это — тоже опыт, который нужно пройти. Я следил за ним, не давая уйти в полный отрыв, просил тренера поговорить с ним и дать временную поблажку. Это же Денис, мой сын, хоккей — это его мечта и цель в жизни. Он сильный, целеустремленный и у него все получится. Он не погубит свою жизнь из-за то того, что его отец эгоист, который не смог наступить себе на горло и задушить на корню чувства к Виталине.

Вита — та, ради которой я пожертвовал всем самым дорогим, не выходила у меня из головы по сей день. Я следил и за ней. Ну не смог я оставить ее в покое. Да, я устал стучать в закрытую дверь, но забыть не смог, и, наверное, никогда не смогу. Как я, черт побери, сейчас понимаю Дениса и его агонию. Потому что тоже безумно в нее влюблен. Она — просто маленькая девочка или женщина-кошка, а я думаю о ней каждую гребаную минуту в течение месяца.

Я знал, что она уехала за город. Мои люди доложили, что она живет в маленьком домике возле леса и озера. Возможно, ей просто нужно было подумать и побыть в одиночестве. Я не спешил к ней. Да и зачем, если она вновь уйдет. Хотя меня разрывало от желания сорваться, приехать к ней, и вновь сделать сотую попытку сблизиться. Но ее стены настолько высоки и крепки, что мне, наверное, никогда их не пробить.