Пустая карта. Уравнение измены

Стрельникову почудилось, что он попал в другое измерение, где они с Мэри – неразрывное целое друг с другом и лошадью, спокойно вышагивающей по изумрудной траве. Он заерзал в седле, пытаясь сесть поудобней, но с того момента, как жена облокотилась на него, об этом оставалось только мечтать. Как и о том, чтобы окружающие не заметили натянувшейся ширинки. Витольд, ощутив, как в одночасье боксеры стали на размер меньше, представил себе масштаб «бедствия».

«Придется ссадить Мэри около ограды и самому проехать парочку кружков», – отчаянно подумал он, случайно сдавив бока лошади.

Витольд  вовремя потянул за уздцы, усмиряя кобылу и боясь, что жена перепугается.

Но хохот Мэри стал для него настоящей музыкой.

– Как здорово, Вит! – закричала, смеясь, жена. – Пусти ее еще в галоп, пожалуйста!

Накатавшись вдоволь, они вернулись к поджидавшим Карлосу и Каэтане.

Витольд, спешившись, помог жене выбраться из седла, облапив дорогую супругу у всех на виду на законных основаниях.

– Спасибо за прекрасную прогулку, – сияя, заявила Мэри, подходя к изгороди. Витольд догнал жену, приобнял за плечи.

– Карлос, Каэтана, спасибо, – улыбнулся он друзьям. – Но, наверное, пора звать детей и отправляться в аэропорт?

– Да, пора, – согласилась Мэри, обнимая подбежавшую Еву.

– Папа, знаешь, как зовут лошадку, на которой я каталась?! – радостно закричала дочка.

– Нет, котенька. – Витольд присел на корточки и легонько подергал малышку за хвостик.

– Эльза! – радостно выкрикнула малышка и, прикрыв рот рукой, захихикала.

«Только этого не хватало»,– про себя отметил Витольд, а вслух сообщил:

– А мы катались на Габриэлле. А ты, Леня? – обратился к подошедшему сыну.

– Коня зовут Бруно, – хмыкнул сын и, шмыгнув носом, глупо улыбнулся. – Но пони Эльза – это прикольно!

Глава 22. Часть 4.

Этой ночью Муслим терпеливо ждал в подвале заброшенного дома, когда на улице наступит полная тишина. Проехала последняя машина, где-то вдалеке угомонилась пьяная компания.

«Вот и замерло все до рассвета, – хмыкнул он про себя. – Теперь можно и позвонить. Сколько  сейчас в Хабаровске? Часов девять утра? Небось, Лавруша уже продрал глаза».

Как же хорошо удалось провернуть шоу с похожей машиной. Да и Лавр уверил Чегевара, что произошла банальная ошибка. А с другой стороны, Арсений Петрович строго-настрого запретил устранять милашку. Что уж там вступило Чегевару в голову, непонятно. Но дошло до ультиматума.