Пустая карта. Уравнение измены

И обратно не выставить, хотя бы из-за детей!»

Маша поморщилась.

«Да, дети рады, аж сил нет». Ленька вон по дороге на пляж описывал,как ходил на симпозиум вместе с папой, как тот представлял его разным именитым врачам. А потом Ленька сидел в первом ряду, а папа на сцене с другими важными дядьками. И все спорили, спорили, а папа всех убедил. И все ему руки пожимали, поздравляли.

– А там еще робот огромный, – сын захлебывался от восторга, описывая длинные механические «руки» с тонкими «пальцами».

«Все как папа, – устало подумала Маша. – Даже Ева – и та уже сильно привязалась к отцу. И что теперь делать? Вопрос риторический.

Но ты же и сама его любишь, – опять возразил внутренний голос. – Конечно, повыделывайся для приличия, а потом допусти до белого тела».

Маша фыркнула, сердясь на саму себя, перевернулась в воде и сильными резкими гребками поплыла к берегу.

– Время, сыночек!

Весь обратный путь до виллы Ленька в красках пересказывал, как пару дней назад они с папой плавали наперегонки.

– Мне один разик удалось обогнать, – хвастался сын.

– Ни за что не поверю, – усмехнулась Маша, снова отметив про себя это «папа-папа-папа». – Твой отец во всем всегда самый первый.

– Ну не-ет! – взвыл Ленька, поднимаясь по ступенькам,и что есть силы помчался вперед. –Я сейчас у него спрошу! – закричал откуда-то сверху.

Когда Маша зашла на террасу, то поразилась тишине. Полной и зловещей. Ни единого звука. Даже Ленька исчез куда-то. Она кинулась в холл и чуть не сбила с ног сына. Тот стоял посреди холла и, закрывая рот рукой, силился не рассмеяться.

Маша перевела взгляд на разложенный диван и сама чуть не зашлась хохотом.

Витольд Александрович Стрельников спал без задних ног крепким здоровым сном, а рядом с краю примостилась маленькая Ева. Но и без всякой дедукции Шерлока Холмса становилось понятным, что отец заснул гораздо раньше дочери. По дивану валялись разбросанные тушь, помада и тени. А вот лицо Витольда представляло собой макияж от кутюр.