Пустая карта. Уравнение измены

– Как-то не пришлось, – хмыкнула жена и отстранилась. – Ничего страшного.

– Сходи с Леней, а я с Евой посижу, – предложил он.

– А ты управишься? – все еще не веря ему, уточнила жена.

– Конечно,– тут же заверил Витольд. – Делов-то! Мы книжку почитаем, картинки раскрасим.

Он, слегка касаясь, провел по ее плечам широкими ладонями. Будто хотел обнять, но не посмел.

– Я выдержу, не сомневайся, – твердо заверил жену Стрельников.

На кухню притащилась слабая Ева.

– Мама, пить! – потребовала она и, покосившись на отца, добавила:– Пазяста!

Витольд подхватил дочку на руки.

– Вот какая у нас девочка воспитанная! – чмокнул в щеку. – Мама с Леней плавать пойдут, а мы с тобой что делать будем? Книжку читать или картинки красить?

– Касить, – кивнула дочка, принимая из рук матери чашку с водой.

– Но, – Маша недоверчиво глянула на мужа.

– Мы их отпускаем? – забирая пустую чашку, снова осведомился Витольд у дочки.

Ева перевела хитрый взгляд на мать, потом ангельским взором посмотрела на отца.

– Да! Папа, мы будем касить! – захлопала она в ладоши и, решительно спустившись, убежала к себе в комнату.

Маша узнала этот взор ангелочка, не суливший ничего хорошего. Явно Ева что-то придумала.

«А ведь Стрельников даже не подозревает, – мысленно отметила Маша. – Может, предупредить? – Она задумалась на минутку, а потом одернула саму себя: – Фигушки! Пусть познает радость отцовства… за бесцельно прожитые годы»."

"Витольд, облокотившись на перила террасы, наблюдал, как Мэри в купальнике и белой полупрозрачной рубашке, чуть прикрывающей бедра, по ступенькам сбегает вслед за сыном.

Волосы, закрученные на макушке, делали ее похожей на школьницу. Захотелось ринуться вниз, подхватить жену на руки и зацеловать. Словно услышав его мысли, она повернулась на взгляд и взмахнула рукой, а потом, будто смутившись, фыркнула и убежала.

«Девчонка!» – мысленно усмехнулся Витольд. Он снова вернулся во вчерашний день, когда после симпозиума они с Ленькой гуляли по Рамбле и примыкающим к ней узким улочкам.

На витрине одной из лавок в глаза бросился серебряный браслет ручной работы. Филигранная вязь, красные кораллы. Стрельников поймал себя на мысли, что вещь абсолютно в духе Мэри.

– Давай маме купим, – посоветовался он с Ленькой. Сын с утра пребывал в плохом настроении и пробормотал что-то нечленораздельное.

Витольд засунул покупку в карман пиджака и, пропустив мимо ушей слова продавца про особый оберег, увлек сына в первое попавшееся кафе. Заказал мороженое и воду.