Призрак Канта

— Могло быть так, что его украл Ванюшка в обмен на это самое нечто, что ему пообещали, если он придёт на маяк?

Кристина подумала, а Мура покачала головой.

— Когда он… он умер, кольцо было ещё при мне, — сказала Кристина. — Вы все помните!

— Может быть, не он сам, — вкрадчиво произнес Василий Васильевич. — Может, он попросил кого-нибудь?

Тут они все трое повернулись к Сане.

— Я?! — спросил тот с изумлением. — Я изумруд спёр, по-вашему?! Ну, конечно! Ванюшка только меня и мог попросить, так?!

— Не так, — твёрдо сказала Кристина.

— Да я откуда знаю! Я с вами одурел совсем и запутался! Как он мог кольцо спереть, если он мёртвый был, когда оно пропало!

— Не сам, — повторил Василий Васильевич. — Кого он мог нанять, твой друг Ваня?

— Да я-то откуда!..

— Нужно в его бумагах порыться, — деловито предложила Кристина.

— Какие записи? — заревел Саня.

— А мы посмотрим и узнаем, — энергично пообещала Кристина. — А ты, Вася, на Лючию намекаешь, да? Она украла?

— Нет, — покачал головой Василий Васильевич.

— Как?!

— Мне кажется, она тоже ищет изумруд, — медленно произнёс Меркурьев. — Я не знаю зачем, но ищет. Если бы он был у неё, она давно бы уже исчезла из нашего поля зрения, а она вон! Под липами. Следит.

— Если б она исчезла сразу после кражи, её заподозрили бы, — возразила Кристина.

— Кто? — поинтересовался Василий Васильевич. — Мы? Кому какая разница, кого и в чём мы подозреваем? Мы можем подозревать, что изумруд похитил Реджеп Эрдоган, турецкий президент! И что? И ему наплевать, и нам удовольствие, такую шишку подозреваем, как-то возвышаемся!

Все молчали и смотрели на него.

— Ты сама сказала, что обращаться в органы не станешь, — продолжал Василий Васильевич. — И Мура, она тогда была Антипия, тебя поддержала. Вор, если это слышал, наверное, возликовал и до сих пор ликует.

— Изумруд мог взять кто угодно, — напомнила Мура. — Лючия в том числе.

— И всё-таки я думаю, что она не брала."

"— Ты так думаешь, потому что от неё у тебя слюни текут, — ни с того ни с его отчеканила Мура. — Красивая женщина не может быть замешана в воровстве, так?

Василий Васильевич засмеялся.

— Не хочется, чтобы была замешана, — поправил он с удовольствием.