Призрак Канта

Есть законы — ясные и понятные физические законы, по которым живёт мир. Согласно этим законам из могилы нельзя восстать, из прошлого нельзя явиться, с покойником нельзя поговорить.

Эти законы объясняют не всё.

По большому счёту они объясняют совсем немногое — только видимую часть мира, — но они существуют, и в них верить легко и просто. Они описывают некую модель мира, гораздо более примитивную, чем реальность, но ведь описывают же худо-бедно!.. Наплевать на эти законы — значит признаться, что о мире неизвестно вообще ничего, ровным счётом ничего!

Василий Васильевич был не готов к этому.

Ему хотелось, чтобы всё это оказалось сном.

Он спит, за окном бушует буря, и ему снится сон — отчетливый, как 3D-фильм, который не может смотреть Мура, потому что у неё не развит мозг!..

Или развит неправильно.

— Хорошо, — громко сказал он. — Пусть так. Кант явился, и вы за ним. Что я должен сделать, чтобы, как вы говорите, эта точка в пространстве не утратилась? Дом продаётся, рано или поздно его кто-нибудь купит и снесёт.

— Видите ли, в чём дело, — произнес Бессель вкрадчиво. — Мы не даём никаких заданий. Мы можем дать совет, но никак не задание.

— Хорошо! — рявкнул Василий Васильевич. — Дайте мне совет!

— Найдите изумруд и девушку, — сказал Бессель. — Вот вам мой совет.

— Изумруд украл тот, кто убил Ивана?

— Не знаю, — пожал плечами Бессель. — Не интересуюсь.

— Тогда при чём здесь изумруд?

— Ну-у-у, сами разберётесь.

— А девушка? Куда она делась? Где её искать?

Бессель засмеялся.

— Смотря какая девушка имеется в виду!

— Кристина? — уточнил Василий Васильевич.

Бессель поднялся.

— А вашей подруге передайте, что с её силой нужно быть осторожнее. Она вызывает такое возмущение поля, что его трудно сдерживать. Присмотрите за ней. Она очень сильна, но не слишком умеет с этой силой управляться.

— За Мурой присмотреть?!

— Подложили бы вы еще полено, — посоветовал Бессель. — Смотрите, почти все прогорело.

Василий Васильевич сбросил на кресло одеяло, подкинул полено в камин и пошевелил угли кочергой, чтоб ярче горели.

— Ладно, — сказал он, вешая кочергу на крюк. — Допустим, я вам верю. Допустим, здесь происходит нечто таинственное и непонятное. Но всё же кто вы?…

Он повернулся.

Никого не было в кресле возле круглого столика. И одеяла не было, исчезло вместе с гостем.

— Хороши весной в саду цветочки, — пропел Василий Васильевич задумчиво. — Ещё лучше девушки весной!..

Он вернулся на кровать, лёг и закинул руку за голову.