Пробудившие мрак

– Вы хоть осознаете, что в этих коридорах почти двести лет никто не бывал? – произнесла вдруг Персефона.

При этих словах все смолкли, словно прочувствовав торжественность момента. Ведьма была права. На земляном полу не виднелось ни единого следа человеческой ноги, лишь разросшиеся корни и небольшие булыжники, обвалившиеся с потолка.

– Так куда нам идти? – спросил Ликой.

Персефона раскрыла книгу. Гектор посветил фонариком на карту лабиринта.

– За мной, – сказала Персефона и решительно зашагала по коридору. – Если идти от утеса, то нам в ту сторон у.

Агата сняла с головы жемчужную сетку. Ее длинные волосы рассыпались по плечам и засияли призрачным голубовато-зеленым светом. В лабиринте сразу стало гораздо светлее.

– Умница, – похвалила ее Персефона. – Будь рядом со мной.

Агата усмехнулась и подошла к Персефоне.

– Я могу еще кое-что, – произнесла она.

В руке Агаты вдруг полыхнул шар голубого пламени, и она швырнула его вглубь лабиринта. Шар понесся по темным коридорам, выжигая переплетенные корни. Запахло гарью, обгорающие корешки посыпались на земляной пол.

Гектор подтолкнул Гордея.

– Ты следующий, – сказал он.

– Боишься, что нападу сзади? – усмехнулся Гордей.

– Нет. Но ты Ищейка. И я буду следить за твоей реакцией. Мы все будем следить.

– Что я должен почуять? – спросил Гордей.

– О, ты сам поймешь, – усмехнулся Гектор. – Мы не пройдем мимо нужного места!

Тоннель, в который они попали, оказался узким и бесконечно длинным.

Свет фонариков и волосы Агаты освещали дорогу, но этого было недостаточно. Тьма подступала со всех сторон. Персефона отслеживала по карте все повороты, но пару раз они заходили в тупик. Приходилось возвращаться и начинать все сначала. Страшно представить, как бы они шли без плана.

Никита разглядывал стены, сложенные из массивных каменных глыб. Их покрывали непонятные письмена, выбитые прямо в камне.

– Что это за надписи? – спросил он.

– Заклинания на древнем мертвом языке, – ответил Гордей, – сдерживающие заклятия. Они призваны не выпустить вурдалака из его гробницы.

– Закревский хорошо разбирался в этом, – согласилась Персефона.

Гектор не сводил глаз с Гордея.