Пробудившие мрак

– «Белый Ковен» и в самом деле пытает людей, – потрясенно произнесла Татьяна. – А я ведь не верила в это… Просто отказывалась верить.

– Ты еще многого о них не знаешь, – ответил Никита.

Свет в доме снова загорелся ярче, послышался тихий гул. Легостаев подобрался вплотную к окну, Татьяна, Илья и Тимофей прокрались за ним. Все четверо прильнули к мутному стеклу.

Они разглядели Гордея, привязанного к стулу. Напротив него стояли Агата, Нисса и Теодор, Никита сразу узнал их. Больше в комнате никого не было. Парень обернулся к своим спутникам.

– Проще всего ворваться внутрь, – сказал он. – Их только трое. Но, наверное, ни к чему, чтобы они нас узнали. Летиция потом будет мстить.

– Это тебе надо опасаться, – сказала Татьяна. – А я не боюсь. Что она может мне сделать? Мой опекун – главный прокурор этого города. К тому же мне так надоели их закулисные игры!

– Меня она тоже не достанет, – сказал Боец. – После того, как все закончится, я собираюсь залечь на дно.

– И я, – добавил Тимофей.

– Ну, а я могу скрыть свое лицо, – ухмыльнулся Никита.

Свет в комнате снова моргнул. Раздался громкий треск электричества и следом – очередной вопль.

– Они убьют его! – испугался Никита. – Скорее!

– Подожди! – воскликнула Татьяна. – Может, стоит…

Но юный оборотень уже бросился в витражное окно.

* * *Гордей чувствовал себя очень скверно. Он никогда еще не испытывал такой боли. Его волосы стояли дыбом, глаза были крепко зажмурены.

Когда Гордей наконец открыл глаза, они оказались черными, как ночь.

– Боже! – отшатнулась в ужасе Нисса.

– Он не контролирует себя, – злобно произнесла Агата. – Его сущность выходит наружу!

– Крепкий малый, – с уважением сказал Теодор. – Мало кто смог бы продержаться так долго.

Гордей медленно провел языком по потрескавшимся губам. В полумраке сверкнули острые клыки.

– Скорее бы уже Летиция пожаловала, – забеспокоилась Агата. – Пусть посмотрит, кого пригрела на своей груди!

В этот момент окно с грохотом разлетелось.