Пробудившие мрак

Боец и Ликой снова покатились со смеху. Гордей едва заметно улыбнулся.

– Мой меч! – вдруг вспомнил он. – Он здесь?

– Лежит в багажнике, – сообщил Ликой. – Я сам его туда положил.

– Отлично, – кивнул Гордей. – Похоже, очень скоро он мне пригодится.

Никита открыл бардачок. Ему на колени посыпались шоколадки, пакетики салфеток, косметика.

– Что это? – удивился он.

– Барахло этой девицы, – ответил Ликой. – Она ведь ехала с нами.

Никита бросил им по шоколадному батончику. Затем вытащил из упаковки влажную салфетку и принялся стирать следы крови с лица.

Гордей заглушил двигатель.

– Я подожду вас здесь, – сказал он. – Видок у меня тот еще, не стоит пугать людей. Вы тоже пообещайте: больше никаких глупостей и угроз!

– Конечно! – заверил его Боец. – Мы только выворотим из стены сейф и заберем файлы.

– Хочется в это верить, – сказал Гордей.

Никита, Ликой и Боец вышли из внедорожника и направились к лифту. Гордей тем временем стащил с себя куртку и попытался счистить с нее грязь, но, поняв, что все усилия бесполезны, бросил это дело.

Кабина лифта медленно двигалась вверх. Никита озадаченно прислушался. Ему вдруг показалось, что где-то вдали звучат сирены полицейских машин. На лестничных клетках дома слышались шаги, возбужденный гомон голосов.

– Что происходит? – напрягся Боец.

– Ты тоже слышишь? – спросил Никита.

– Еще бы! Дом гудит, как растревоженный улей! Будто никто из жильцов не спит!

– Точно, – согласился Ликой. – Может, нам следовало войти через парадный подъезд? Консьерж рассказал бы последние новости…

Лифт остановился. Парни вышли и сразу увидели, что входная дверь квартиры Эраста Григорьевича разнесена вдребезги. Пол у порога покрывали многочисленные осколки и куски стали.

Они с самыми плохими предчувствиями вошли в квартиру.

Первое, что бросилось им в глаза, – выбитые стены. Стеклянные перегородки разлетелись вдребезги, в помещении гулял жуткий сквозняк. Бумаги адвоката летали по кабинету, выпархивали наружу, разлетались по всему району.

Боец осторожно приблизился к пролому в стене, выглянул и сдавленно охнул: стекла вылетели по всему зданию, от крыши до вестибюля.