Приручи мою душу

— Да, я знаю! — гордо подхватила мама. — Жаль твой отец этого не понимает. Впрочем, он так далек от этого…

— М-да, — согласилась я. — У него на многое свои принципиальные взгляды.

— И все же он тебе не враг, Жана, — вдруг выдала она мягким тоном. Еще и прозвище свое любимое в ход пустила. — Ты его единственная дочь и все, что он делает, это заботится о твоем будущем""

Та-а-к, началось.

— Мама, слушай, мне тут по второй линии звонят…

— Нет уж, погоди! Я тебе еще не все сказала.

— Давай потом, а?

— Нет, сейчас! — стала она неожиданно настойчивой.

 — В пятницу я хочу устроить семейный ужин. Никаких лишних лиц — только мы втроем. Так сказать примирительный вечер.

— Боюсь это плохая идея, — серьезно заключила я. — И папа со мной будет солидарен.

— Ничего подобного! — отрезала мама. — Он хочет помириться, и если ты тоже хочешь этого, то придешь."

"Я шумно выдохнула и устремила напряженный взгляд в пространство. В голове складывалась неоднозначная картина. Если бы деньги не пришли на счет, я бы не сомневалась, что мама недооценивает силу нашего конфликта.

Но если даже допустить мысль, что папа и вправду решил наладить отношения… какие теперь условия он для этого выставит? И что вообще вдруг сподвигло его на это?

— В общем… это не обсуждается, — попыталась она выдать командирский тон. — Вам нужно поговорить и все…

— Это ты мне счет округлила, — констатировала я вдруг, перебив ее.

Молчание. Знак согласия.

— Почему я? — опомнилась она, наконец. — Ну да, формально — я… Но ты же понимаешь, что если бы твой отец был против, он бы нашел способ мне помешать!

Аргумент.

И все же до конца не понятно — кто главный инициатор и чему? Мама, конечно, переживает, да только раньше она не вмешивалась. Тихо принимала решение отца и тихо поддерживала со мной общение. Ни больше, ни меньше.

— Жана?..

— Да, мам, спасибо за… поддержку, — поблагодарила я скомкано. — Я тебе позвоню позже, ладно?

Я сбросила, не дав ей ответить. Этот разговор не прошел бесследно для моего шаткого настроения.

Потому как я уже знала, что вряд ли смогу пропустить этот примирительный ужин. Так она ловко все разложила, что и причин никаких не находилось внутри, чтобы отказаться!

Единственная дочь…

Как будто я в этом виновата! Наверняка у отца множество бастардов на стороне, а мать сама давно решила, что фигура дороже. Блин.

К моменту как я переступила порог общажной комнаты, мысли немного разрядились и еще ближе подвели меня к решению.